Темнота драконов

Повернувшись к Рен, мальчик показал ей знак: сперва открытые ладони, затем сжатые в кулак. – Это значит: «Помоги мне», – сказал он. – А ты показала… В общем, совсем не то, и я хочу, чтобы ты никогда больше этого не говорила – в смысле не показывала.

Рен недовольно нахохлилась.

– Нет, я не стану пояснять тебе, что это значит. – Патч снова посмотрел на Эрнера. – Эрнер, это Рен. Она человек, её проклял Колдун, и ей нужна наша помощь. Она жила среди крыс в деревне, и подозреваю, именно благодаря ей они так успешно избегали ловушек и яда.

От ужаса у Эрнера глаза почти буквально полезли на лоб.

– Подожди… Ты хочешь сказать, среди тех крыс были люди?

– К счастью, нет, – ответил Патч. – Рен единственная. Она пришла ко мне незадолго до того, как заиграла Песнь Развеяния, и я защитил её, но, когда меня посадят в тюрьму, ей потребуется кто-то…

– Ты защитил её? – спросил Эрнер.

– На самом деле я изо всех сил старался. Слушай, нам лучше не говорить об этом Магистру, а он вернётся с минуты на минуту.

– Почему ты не хочешь говорить ему? – спросил Эрнер.

Рен снова показала что-то невероятно грубое, но Патч подумал, что в этот раз она точно знала, что именно показывает. Он повернулся к Эрнеру.

– Она думает, что Рандел Стоун слишком упрям и что он арестует её за… не знаю, за то, что она говорящая крыса без лицензии.

Эрнер от всей души рассмеялся, но вдруг резко замолчал.

– О. Понимаю, о чём ты.

Патч одобрительно кивнул.

– Вот именно.

7

Суд над Флейтистом

Эрнер согласился не выдавать Рен и найти способ снять с неё заклятие, как только они прибудут в Тивискан. За время путешествия их таинственная спутница почти освоила язык жестов. Занятия с ней помогали Патчу отвлекаться от размышлений о своей горькой судьбе.

Прошло десять дней с момента, как Паттерфолл скрылся из виду. И всадники увидели сквозь пелену дождя знакомую скалу с замком Тивискан на вершине. Вокруг шумел зелёный лес. По склону горы, куда выходила обратная часть замка, спускался в долину город с одноимённым названием – Тивискан, с крутыми улочками и старинными домами.

Огромный замок словно висел над городом. Казалось, своим острым шпилем он пронзает самое небо.