Её величество попаданка

Я буквально взлетела на кровать и начала говорить очень холодно, не своим голосом:

– Я поклянусь тебе, что когда стану королевой и приду к власти в этой стране, не стану наказывать тебя за то, что твой монастырь выдернул меня из моего мира, собирался засунуть под кожу амулеты и убить. Наоборот, я возвышу твою обитель и возьму под свою защиту. Но только если до завтрашнего утра ты поможешь мне стать той, за кем приехал верховный. Расскажешь всё, что знала Амирана, объяснишь про магию и чем девушка была так ценна. Только тогда я прощу тебя и твоих сестёр, ветреная ты марионетка проклятых!

В келье воцарилась тишина.

Серые женщины пребывали в шоке. Да что там они! Я сама была близка к панике от того, что произнёс мой рот и каким голосом. А тело моё тоже, между прочим, участвовало в этом представлении. Оно взлетело над кроватью и парило, пока рот толкал речь! Если честно, я совсем себя в этот момент не контролировала. Если бы мне не было страшно признавать это вслух, я бы сравнила себя с теми героинями мистических триллеров, через которых вещает о будущих событиях высшая сила. Для меня собственная речь стала таким же откровением, как и для серых.

Тишина в келье висела пару минут, показавшихся часами. Но что обнадёживало – не только я не ведала, что творю. Монахини тоже все как одна рухнули на колени, а потом опомнились и вскочили на ноги. На меня они теперь смотрели со смесью досады и ужаса.

– Поздно! – выдала в итоге настоятельница, разрушив звенящую тишину. – В ней разгорелась искра всемогущего Феникса.

– Аномально быстро, – недовольно крякнула помощница главной серой.

– Теперь это не имеет ни малейшего значения, Ямина, – устало обронила настоятельница и, буквально упав на узкую койку, посмотрела на меня совсем другими глазами. Я бы сказала, что теперь в них плескалась жалобная мольба. – Меня зовут матушка Ортания, – представилась женщина и изобразила заинтересованность, побуждая представиться в ответ.

– А меня Мирослава Огнева, – представилась я, показывая, что готова идти на контакт, и выгнула бровь, намекая, что буквально изнываю от нетерпения узнать, что будем делать дальше.

Ортания некоторое время молчала, явно подбирая слова. Понять её было несложно. Поди расскажи так, чтобы иномирный собеседник сразу проникся.

Но настоятельница с задачей справилась. Набрав в грудь воздуха и уставившись в правый верхний угол, она заговорила:

– Женщин с разгоревшейся в полную силу искрой Феникса в нашем мире не любят, потому что боятся.