Приверженная

Странно, все, что я делал в жизни, было ради легкого будущего. Но сейчас деньги, связи и угрозы не могли помочь. Судороги били по рукам, губы то и дело пересыхали, а лютая агрессия к каждому проходящему мимо в конечном счете сделала коридор полностью пустым для меня.

Только я и чертов пустой белый коридор!

– Мистер Шакалов? – наконец, из кабинета вышла врач. Держа в руке папку, она устало вытерла пот со лба и, внимательно заглянув мне в глаза, серьезно протянула: – У меня для вас есть две новости.

Глава 2.

Кристина.

Я помню, как мне снился ветер и качка. Голос Шакалова, молния, гром и запах соли… Странный запах отпечатался в голове надолго. Вплоть до того момента, как в ушах жутко зазвенело, даже сквозь закрытые глаза солнце заслепило. По инерции я зажмурилась, ощущая, как ноют все мышцы. Даже лицо отдавало легкими спазмами по всему телу.

– Кристина?! – где-то рядом раздался знакомый голос. Хриплый, взволнованный, но узнать его не вышло сразу. Мысли разбегались.

Нет. Мне не хотелось. Та пустота, что держала меня, все это время давала такой покой, который и не снился. Я растворялась в нем, таяла, радовалась тишине и отсутствию кого-либо, пока… Пока не вспомнила о ребенке.

Глаза распахнулись сразу, словно от электричества. Поток света сделал свое дело, слезы хлынули, а белые круги под глазами мешали видеть хоть что-то.

– Черт, наконец-то! – воскликнул мужчина, а затем я услышала, как тот достал телефон и быстро набрал номер.

Медленно, но тело переставало трястись, туман рассеивался, а лицо мужчины перед глазами прояснялось. Странное ощущение – видеть его снова. Как впервые… Темные волосы, острые скулы, глубокий взгляд и губы, растянутые в глупой улыбке. Я должна была ненавидеть его, но на душе стало тепло.

– Макс… – хрипло прошептала я, с трудом выдавливая буквы из губ. Услышав мой голос, Абрамов будто вспомнил о чем-то, погрустнел, его лицо вытянулось, побелело, а глаза застыли, словно он возвратился в воспоминания.

– Что? – мужчина одернулся и свел брови на переносице, посмотрев на мою руку, чтобы тут же воскликнуть: – Черт, нет. С ним все в порядке. Брат сам тебе все расскажет.

– Меня отравили, Максим. Я помню это… Чувствовала шаги и как кто-то вложил мне таблетки в руку.