Право первой ночи

Девушка было решила, что феодал забирает книгу обратно, но тот лишь хитро сверкнул глазами, заговорщицки прошептав:

– Закрой глаза и открой любую страницу. Я зачитаю тебе предсказание. Хочешь?

Никакой страх, робость, неуверенность не могли встать на пути у Адалин, когда речь шла о чем-то новом, неизведанном. Она активно закивала, тут же следуя указанию мужчины. И фон Миллеру открылась возможность полюбоваться красотой своей невесты, пока та решала, где именно распахнуть книгу.

– Вот! – девушка протянула феодалу статью напротив нарисованного диковинного дворца, с колоннами в виде шаров, и нервно поерзала на месте, когда пальцы их ненадолго соединились.

Фон Миллер, словно пытаясь задержать мгновение, сжал руку Адалин, но тут же отпустил, увидев уже знакомую ему опаску.

– Это замок восточного принца, Адалин. Люди называют его «Дворец вечного солнца», потому что множество витражных окон бросают свет на пролегающие мимо фонтаны, – фон Миллер читал Адалин, не в силах остановиться. Ему нравилось, как внимательно девушка вслушивается в каждое слово.

Как напряженная морщинка между ее бровей медленно расправляется, а на губах появляется такая желанная мужчине улыбка.

– Теперь ваша очередь, господин! – оживилась Адалин. – Закройте книгу и распахните на любой странице.

– «Твоя». Твоя очередь, Адалин, – мягко настоял фон Миллер, старательно скрывая истинные чувства по поводу нежелания девушки принять его как мужа. – Нет, не хочу… К тому же я и так почти побывал…

– Невероятно! Здесь ведь немыслимое количество страниц, когда вы все успели? Сколько вам лет? – Адалин удивленно распахнула глаза, даже не подозревая, как сильно оговорился фон Миллера.

Как много лишнего он позволил себе сказать, на мгновение потеряв бдительность! Уставшая девушка сладко зевнула, откинув руку назад и сделав на нее упор, но тут же завизжала: – Дьявол, как больно!

– Что там?! – фон Миллер в одно мгновение подскочил на ноги и оказался рядом, готовый залечить любую рану. Приподняв ушибленное запястье, мужчина с ужасом заметил, как в полутьме сверкнула золотая чешуйка.

Адалин наблюдала за тем, как глаза феодала расширяются, а лицо превращается в каменное, холодное, отстраненное. Фон Миллер неосознанно сильнее сжал запястье, пока Адалин сама его не одернула.

– Что это, господин?..

Не успела девушка договорить, как землевладелец быстрым шагом направился к выходу.

– В твоей ране нет ничего страшного. Идем, я провожу тебя в спальню… Завтра венчание.