В Стране Гудка 5. Про старые времена

А в следующем годе, еще какие-нибудь более долговечные найдут. Тут все время так. Знай только деньги из казны выписывай, – и он тяжело вздохнул.

– А, что за странные рабочие такие, – кивнул на проходящих мимо кареты мужичков в тюрбанах, весело разговаривающих на непонятном языке, – Не наши вроде.

– Гастарбайтеры, – без запинки произнес Митрофан, – Их Собякин с Бухарского ханства выписывает. И в три раза меньше платит против наших.

– Кто такой Собякин, – уточнил Сидор.

– Главный квасковский боярин, – с уважением произнес Митрофан, – Его смотрящим за городом боярская дума поставила.

– Ничего не изменилось, – вслух подумал Сидор и тут наконец-то они медленно стали продвигаться вперед. Но через некоторое время, впереди идущие телеги и экипажи, стали прижимаясь к обочине, замедляя скорость.

– Кто-то из Кремля едет, – со знанием дела объяснил Митрофан, и отдернул занавеску, выглянул в другое окно.

И действительно, вскоре навстречу им промчалась богатая карета, запряженная четверкой лошадей, в сопровождении всадников, которые размахивая нагайками, отгоняли в стороны экипажи или зазевавшихся пешеходов.

– Должно быть сам Собякин, объекты осматривать направился, – с уважением произнес Митрофан, провожая глазами кавалькаду.

– Не, у Собякина карета, синяя и рубинами отделана. А эта красная и в золотых заклепках. Должно быть это Задворкин, в загородную резиденцию направился, – произнес кучер, рыжий мужик в рваном зипуне

– Может и Задворкин, – согласился Митрофан, – У них сейчас, у всех по несколько карет.

– Задворкин, – с удивлением переспросил Сидор, – Что он снова в Кремле пристроился?

– Так он оттуда и не уходил. Как при Бориске Годунове поднялся, так никто его оттуда и не выживет. Вишь снова, на какой карете разъезжает. «И никакая опричнина их не берет», – произнес обреченно Митрофан, и добавил, с сочувствием взглянув на Сидора, – Эх. Нелегко тебе государь придется.

– Тогда может не поедем, – с надеждой ответил Сидор, – Может, вернемся?

– Поздно государь отступать, – с умным видом произнес Митрофан, – Уже слух пошел по всей Кваскве, что настоящий государь объявился.

– С чего он вдруг пошел, – удивился Сидор, – Кроме тебя обо мне никто и не знает.

– Как не знает, – отстранился Митрофан, – Ермило народ из темницы тут же выпустил, как только ты указ подписал. А слухи по Кваскве, быстрее этого самого разносятся.