Бурый от тины

– Ты меня не торопи… в этом деле! – тут он резко ударил ножом в предполагаемое место левого глаза. Полено запищало, прорезь скрипнула и приоткрылась, обнажая безумный зрачок рептилии. Джузеппе отпрянул.

– Может в глаза нельзя смотреть? Как думаешь? – голос Карло напрягся.

Джузеппе, набравшись мужества, вернулся к верстаку. Прицелившись, нанес еще удар ножом. В этот раз немного промахнулся – правый глаз оказался смещен далеко от носа, отчего вид демона изменился. Глаза хоть и получились перекошенные, но в них явно читался оккультный спиритизм с едва заметным оттенком гипноза.

– Не смотри в глаза! – закричал Карло, заметив, что друг подносит нож к своему горлу. Повалив его на пол и отобрав опасное орудие, Карло немного успокоился. – Понял, да? Не смотри!

Дыхание Джузеппе сбилось, и вместо ответа он быстро закивал головой.

Карло помял рукоятку ножа в руке. Опустив голову, чтобы не встречаться взглядом с поленом, приблизившись к нему, он резанул с силой, как мог – на пол бревна.

И в этот момент едва слышимый писк превратился в грубый, низкий, почти пещерный голос, отскакивающий эхом из дальнего, темного конца мастерской. Пламя свечи задрожало, создавая на стенах иллюзию танцующих полутеней.

Внезапно ливень хлестанул мокрой плеткой по окнам, заливая водой стекла. Огромным колоколом прогремел раскатистый, низвергающий гром. Казалось, небеса рухнули на землю, сея мрак и смерть.

– Мы все равно – вас достанем! – верещало полено. – Режьте меня кусками, за мной придут другие, вы не избавитесь от проклятья, пока не умрете.

Сегодня я заберу вас с собой!

Обрубок начал выкрикивать чудовищную помесь неизвестного заклинания и мантры.

Старики попадали на пол, закрывая уши руками. Голос резал воздух сакральными текстами, громкими на столько, что слышать их становилось невыносимо. С каждой минутой голос всё глубже, до тошноты, погружался в тела мужчин, испытывая их низкими частотами.

Молния ударила где-то близко, осветив мастерскую яркой вспышкой, создав на стене корявую тень от обрубка.

Разряды грома начали учащаться, словно готовясь к апокалипсису, дождь усиленно молотил в окна, пытаясь разбить их на мелкие осколки.

Корчась на полу от нестерпимой боли, закрывая голову руками, старики орали что было духу, пытаясь не впустить тьму в свои сердца. Давление звука продолжало увеличиваться, и в этой смердящей какофонии уже казалось, что выбраться живым не получится…

В какой-то момент демон замолк.