Седьмой Совершенный

Что вы скажете на это?

– То, о чем сообщал я, совсем не исключает того, что известно вам, – ответил начальник.

– Но вы об этом не сообщали.

– Я стараюсь доносить о сделанной работе, а не о своих планах.

– Это похвально, – сказал Абу Хасан, – некоторые из чиновников докладывают о своих планах, как о факте случившемся. Что вы делаете для пресечения деятельности еретиков? Поймали хоть кого-нибудь?

– Увы.

– Почему же?

– Люди не хотят их выдавать. Даи обещают крестьянам, ремесленникам, что махди наполнит землю справедливостью, отменит налоги.

Одного моего агента за то, что он проявил настойчивость, пытаясь узнать местонахождение даи, побили так, что он два месяца отлеживался дома. Угощайтесь.

– Благодарю, – Абу Хасан взял со стола финик и положил в рот, – а здесь что – вода?

– В этом кувшине вино, а в этом – вода.

– Вы пьете вино, – удивился чиновник, – но пророк Мухаммад запретил вино.

Начальник полиции улыбнулся и стал разливать по чашам напитки, чиновнику – воды, себе – вина.

Казалось, что сахиб аш-шурта ведет себя неразумно, но только казалось, так как начальник делал это сознательно. Пусть там наверху знают о подобных недостатках начальника полиции, главное, чтобы они не сомневались в его честности и преданности. Даже еще и лучше, чтобы знали, ибо люди так устроены – за безупречным поведением всегда подозревают подвох и наоборот.

– Исмаилиты считают, что поскольку их имам[8 - Духовный глава мусульманской общин.] непогрешим, значит питье вина ему дозволено, – сказал Ахмад Башир, поднося к губам чашку с вином, – а я говорю, что в таком случае, правоверный мусульманин еще менее грешен в питье вина, чем имам еретиков.

– Да, в этом есть резон, – сказал чиновник из Багдада, – может быть, тогда и мне немного вина.

Сахиб аш-шурта взял чашку, выплеснул воду на стену и налил в нее вина.

– Благодарю, – Абу Хасан выпил вино и положил в рот еще один финик.

– Со дня на день он должен появиться в вашем городе, – сказал Абу Хасан.

– Кто?

– Махди, которого ждут.

– Я не ослышался, повторите, пожалуйста.

– Человек, который назвался махди, должен появиться в Сиджильмасе, а может быть, он уже здесь. Его зовут Убайдаллах, он числит себя в потомках седьмого исмаилитского имама Исмаила, но на самом деле это авантюрист и самозванец. Это он возглавил восстание в Сирии, а когда увидел, что дела плохи, предал всех и бежал в Египет. Родня его перебита, но самого схватить не удалось.