Седьмой Совершенный

Боковым зрением он отметил, что правитель начал ерзать на своем месте. Пока что ответы врача казались убедительными для окружающих, но не для Абу Хасана; основные доводы он приберег напоследок, чиновник не мог отказать себе в удовольствии растянуть допрос человека, уходившего от него в течение трех лет. Но медлить уже было нельзя. Правитель начинал терять терпенье. Абу Хасан, более не мешкая, ринулся в атаку.

– Известен ли вам человек по имени Ибрахим?

Врач помедлил, наморщив лоб, шевеля пальцами, словно силясь вспомнить.

– Мне не хотелось бы солгать, – сказал допрашиваемый, – у меня много знакомых с таким именем, это распространенное имя, например, одноименный пророк…

– Не надо столько слов, – остановил его Абу Хасан, – в этом городе у вас есть знакомый по имени Ибрахим?

– Нет, – твердо сказал врач.

– Прошу всех присутствующих запомнить ответ.

Правитель нахмурился, ему не понравилось, что косвенно он оказался приравнен ко всем присутствующим.

– Повелитель, – обратился к правителю Абу Хасан.

Дождавшись позволения, он подошел к двери и впустил в зал человека.

– Этот гулам стоял вчера у ворот дворца. Он утверждает, что человек по имени Ибрахим нанес визит врачу, назвавшись его помощником. – Чиновник сделал паузу, ожидая ответа врача, но тот молчал.

– Человек, по имени Ибрахим нами арестован. – Продолжал Абу Хасан. – На допросе он показал, что врач Убайдаллах есть никто иной, как именуемый себя махди, глава преступной организации ас-сабийа, – исмаилитов.

Убайдаллах посмотрел на правителя. Тот нахмурясь, ждал ответа. Врач невольно оглянулся, оценивая обстановку, он был один, и помощи ждать было неоткуда. Врач был сильным человеком, но даже если он свернет шею одному из стоящих у дверей, вряд ли ему удастся скрыться. Охрана стояла на всех этажах. Была еще надежда, что хариджитский правитель найдет в себе мужество и откажется выдать его аббасидским ищейкам.

– Допустим, что я тот, кого вы ищете, – сказал Убайдаллах.

– Вы руководили карматским восстанием в Сирии в 285 году? – спросил Абу Хасан.

– Да.

– Затем, когда вы поняли, что проиграли, вы бросили восставших на произвол судьбы и бежали в Египет.

– Я уже не мог их спасти.

– Вы спасли себя.

– Они сами во всем виноваты. Слишком много ослов было в руководстве, мне приходилось убеждать их, спорить. Мы потеряли время.

Абу Хасан удовлетворённо кивнул и обратился к правительу.