Ночь Волка

– Ну, надо же, – возмутился Шилов, – ни слова в простоте, только про морг сказал, тут же ворона прилетела, падаль клевать. Пошутить нельзя. Пошла прочь сволочь, – закричал он.

Испуганная ворона, каркнула и увеличила скорость.

– Жалко ружья с собой нет, – сказал ей вслед Шилов, – а то бы я тебе показал, блядь!

Проводил птицу взглядом, пока она не скрылась за верхушками деревьев, затем сплюнул, и заметил:

– Однако домой надо, пока яйца не отморозил, – он с усилием развернулся и пошел к дому.

Марат с хмурым выражением на лице пил чай. Вероника, сидя на убогом диванчике, листала «VOG», а Галя стояла, прислонившись к печной стене. Все трое смотрели на Шилова.

– Я ничего не сделал, – сказал Шилов, – что вы так смотрите на меня, я здесь не причем. Не смотрите так на меня, мой организм настолько проспиртован, что я могу заняться пламенем, как Меджнун.

И, обращаясь к Марату:

– А у тебя, начальник, почему лицо перекошено?

– Чай холодный, – ответил Марат.

– Вероника, в чем дело? – укоризненно сказал Шилов, – почему у кормильца чай холодный.

Вероника оторвалась от чтения и недоуменно пожала плечами.

– Печь остыла, – объяснила Галя, – я не стала с утра топить. Мы же ехать хотели; Вот и вещи все собраны.

– Придется разобрать, – злобно сказал Марат.

Галя растерянно посмотрела на Шилова, и спросила.

– Что совсем не заводится?

Шилов мотнул головой, отбрасывая чуб со лба, и пустился в пространные объяснения.

– Ну, как тебе сказать, Галя. Здесь мы имеем дело с тем случаем, при котором о женщинах говорят, мол, она немного беременна, что, безусловно, является полной нелепицей, – ибо женщина или беременна, или не беременна. Так же обстоят дела и с автомобилем; либо он заводится, либо нет. Бывают, конечно, исключения: в семье, как говорится, не без урода. Иногда заводится, но не едет, то есть ехать нельзя на нем; но у нас не тот случай, не тот. Машина не заводится, и все тут, то есть категорически.

– Когда-нибудь, Шилов, я тебя убью, – призналась Галя.

– Но я могу сходить за трактором, – предложил Шилов, – с буксира заведем и поедем.

– Куда сходить?

– В Калиновку.

– До Калиновки шестнадцать километров, – сказала Галя, – не дойдешь.

– Я не дойду? – возмутился Шилов, – Галя, я же ишо не старый, мне ишо токо сорок три года.

– Саша, на улице мороз, – пояснила Галя, ты замерзнешь. К тому же волки.