Дороги хаджа

Из конюшен стали выводить лошадей и те, ошалев, бросились в полуоткрытые ворота. Дружинник закричал, увидев, что Егорка поднялся. От шума и конного ржания, слов его нельзя было разобрать. Но вытащить саблю не успел. Ударом кулака Егорка свалил его оземь. В следующий миг он оказался на спине у одного из беснующихся жеребцов, и, вцепившись в гриву, направил коня в ворота.

Лада.

Лада пришла на следующий день, заглянула в решетку, которая была установлена в двери в качестве смотрового отверстия, и с улыбкой помахала рукой Али, сидевшему на корточках.

У Али стало тепло на сердце от ее улыбки.

– О чем думаешь? – спросила она.

– Ни о чем, – ответил Али, – читаю Коран.

Лада обвела камеру взглядом. Он добавил:

– В мыслях.

– Ну и что там пишут? – спросила Лада.

– Там пишут, что, когда человека коснется зло, он взывает к нам. А когда же мы удалим постигшее его зло, он проходит, как будто и не призывал нас.

– Ну что же, неблагодарность – первое свойство человека, куда же без этого.

– Как точно ты поняла этот аят, – заметил Али

– Но человек не должен сам себя наказывать, – добавила Лада. И поскольку Али не ответил, продолжила, – Насчет монголов, ты был прав. Обстановка нехорошая. В городе только и разговоров, что о татарах. Говорят, что их уже видели, они где-то рядом. Не сегодня-завтра, появятся здесь. Все боятся. Власть молчит. Никаких объявлений, о том, будут ли защищаться или сдадут город? В любом случае, нам надо срочно уходить из города. О тебе нет никаких распоряжений.

Поэтому начальник тюрьмы меня свободно пускает к тебе. За деньги, конечно. Я так поняла, что он сам нервничает. Я подкуплю его. Я уже придумала. Я дам десять золотых динаров, чтобы он разрешил мне побыть с тобою в камере наедине. Я ему уже сказала, он ничего не ответил, только ухмыльнулся. Значит, пустит. Завтра вместо меня под паранджой окажется Ариф. Только смотри, не вздумай обнимать его, этого я тебе не прощу. Он останется вместо тебя в камере. А ты наденешь паранджу и выйдешь из тюрьмы.

– Ариф согласился? – спросил Али.

– Да. За пять золотых динаров.

– А что с ним станется?

– Думаю ничего страшного. Ну, поколотят его, потом отпустят. В любом случае он волен в своем выборе. Я думаю, что тебя тоже рано или поздно отпустят. Но у нас нет времени. Так, все, мне машут, я ухожу. Будь готов.

– Подожди, – остановил ее Али, – возьми вот это.

И вложил ей в ладонь клочок бумаги.

– Что это? – удивилась Лада.

– Это записка.