Сезон костей

– А кто вместо него?

– Фрэнк Уивер.

– Ах да, верно. У вас, конечно, нет свежего «Десенданта»?

– Конфисковали вместе со всеми вещами. – Я повертела головой, высматривая, где бы присесть. – Вы и впрямь думали, что Мэйфилд до сих пор у руля?

Уму непостижимо, чтобы кто-то не знал инквизитора, это воплощение Сайена! После Скарлет Берниш, разумеется.

– Нечего удивляться, дорогуша. Откуда мне знать, что там и как. Новости до нас доходят раз в десять лет. – Ясновидец схватил меня за локоть, увлекая в темноту.

– Нет. – Я тщетно пыталась высвободиться из мертвой хватки.

– А Синатра по-прежнему в черном списке?

– Да.

– А «Шапито»? Его хоть нашли?

– Сирил, отстань от девчонки! Дай ей спокойно поесть.

Сирил моментально переключился на мою заступницу – миниатюрную девушку с воинственно вздернутым подбородком.

– Зануда проклятая, Реймор, вот ты кто. Опять сегодня выпала Десятка Мечей?[2 - Десятка Мечей – карта Таро, изображающая человека с воткнутыми в спину десятью мечами, похожими на могильные кресты.

– Ага, стоило вспомнить тебя, и пожалуйста, – парировала Реймор.

Фыркнув, Сирил выхватил у меня тарелку и смылся. Я попробовала удержать его за шиворот, но какое там! Бледная немочь двигалась на редкость проворно.

Девушка лишь покачала головой. Ее миловидное, с тонкими чертами личико обрамляли смоляные кудри. Накрашенный алой помадой рот казался открытой раной на светлой коже.

– Хватит с тебя, сестренка, – чуть картаво проговорила она.

– Но я не ела со вчерашнего дня, – возразила я, готовая рассмеяться.

Так забавно было слышать покровительственное «сестренка» от этой субтильной девчушки.

– Дело во «флюиде». От него здорово корежит мозг. – Она с опаской огляделась по сторонам. – Идем.

– Куда?

– У меня своя комната. Там и поговорим.

Идти за незнакомкой не хотелось, но перспектива поговорить заглушила страх.

– Веди, – кивнула я.

Мы направились к выходу. Моя провожатая прекрасно ориентировалась в толпе, то и дело обменивалась рукопожатиями, но краем глаза пристально следила за мной, чтобы не отставала. На фоне прочих ее наряд смотрелся вполне сносно: вытертая блузка с рукавами-фонариками и коротковатые брюки. Бедняжка, должно быть, постоянно мерзла. Наконец она откинула ветхую занавеску.

– Сюда, пока никто не увидел.

Внутри царил полумрак, сквозь который пробивалось пламя горелки.