Спасенная горцем

О, в ней лежали новые ковры и стояла новая мебель, но все было отвратительно коричневым. Темно-коричневым. Все – от шпалер до покрывала на кровати и ковров. Коричневых. И не просто коричневых, а цвета навоза.

Комната была в лучшем случае угнетающей. А в худшем… навозной. Все равно, что спать в сарае. Или в отхожем месте.

Она бросила взгляд на Фергуса.

– Даннет велел заново обставить эти покои?

– Да, миледи.

– Для меня?

– Да, миледи.

У него был такой гордый вид, что у Ханны не хватило смелости сказать, что комнаты выглядят просто жутко.

Она выдавила улыбку и пробормотала:

– Великолепно.

Ложь стоила усилий. Его недоброе лицо впервые смягчилось, а глаза заулыбались. Уши стали ярко-розовыми.

– Превосходно, миледи. – Управляющий низко поклонился. – Превосходно. Лакеи скоро принесут ваши сундуки.

Он махнул рукой девушке, стоявшей в углу со сложенными на груди руками. Ханна пришла в такой ужас при виде новых комнат, что даже не заметила ее.

– Это Сенга. Горничная вашей милости. – Фергус тревожно уставился на нее. – Но, может, вы предпочтете выбрать другую.

Девушка слегка сжалась и послала Ханне полный надежды взгляд.

Ханна не нуждалась в горничной, но не могла раздавить эту хрупкую надежду.

– Сенга?

Девушка кивнула.

– Я так рада познакомиться!

Бедняжка едва не упала в обморок от облегчения.

– Сенга принесет вам поднос. – Фергус помедлил. – Но может, вы не хотите есть?

Ханна вдруг сообразила, что, возможно, резкость этого человека при встрече была вызвана обычной нервозностью.

Ханна сдержала вздох.

– Поднос – это совсем неплохо, – кивнула она, хотя не знала, как можно есть в комнате такого цвета.

Горничная присела несколько раз и с поклонами вышла из комнаты, словно Ханна была царицей Савской. Как это утомительно! Правда, она станет баронессой, но она не привыкла к такой почтительности слуг. Да подобное поведение ей и не по душе.

– Думаю, сейчас нам нужно отдохнуть и немного привыкнуть к новому дому, Фергус.

Ханне действительно нужно было время, чтобы освоиться в ужасных комнатах. Ей, конечно, придется проводить здесь много времени.

– Разумеется, миледи. Комнаты вашей сестры напротив. Его милость подумал, что вам будет приятно жить рядом.

Да, это, по крайней мере, заботливый жест.

– Спасибо, Фергус.

Ханне не хотелось подгонять его, но ее охватила внезапная усталость.