Отчаянный холостяк

– У меня все прекрасно получается с приличными замужними женщинами, – спокойно ответил Торнсток. – Меня сводят с ума незамужние, которые хотят надеть на меня кандалы.

– Значит, мы закончили обсуждение того, как управляться со мной в Лондоне? Непристойное и неподобающее, должна сказать, – язвительно заметила леди Гвин.

Герцог легко улыбнулся:

– Я очень сомневаюсь, что найдется много мужчин, способных с тобой «управляться», liebchen. Я лично даже не стал бы пытаться.

– Отлично. Потому что, если попытаешься, я тебе твои яйца вручу в коробочке.

Черт побери, да даже Беатрис так никогда не выражалась. У леди Гвин был очень острый язычок, и Джошуа был бы не прочь попробовать его вкус, а также рот…

«Даже не думай об этом! Это значит создавать себе большие проблемы».

– Нужно упомянуть только еще один момент, Вулф, – продолжал Торнсток. – Вы не должны говорить маме, почему отправляетесь с нами.

– Хотя я очень не люблю соглашаться со своим братом ни по одному вопросу, в этом он прав. – Леди Гвин выглядела подавленной.

 – Мама начнет очень сильно беспокоиться, если узнает, что моя… мое… э-э-э… будущее находится под угрозой. А она и так ослабла после смерти нашего отчима…

Джошуа прищурился и переводил взгляд с брата на сестру и обратно, и не сомневался, что у них есть свои причины не ставить в известность его тетю. Но он и представить не мог, что это за причины.

– Так что я должен ей говорить? – раздраженно спросил он. – Она посчитает странным мой беспричинный отъезд из поместья.

Я же здесь работаю.

– Скажите ей, что хотите увидеть Беа, – предложила леди Гвин и тут же покраснела. – Я имела в виду Беатрис. Скажите маме, что хотите присутствовать на балу, где вашу сестру будут представлять как герцогиню, новую жену Грея. – Леди Гвин хлопнула в ладоши. – Да, это подойдет идеально! Мама очень обрадуется.

– Но Беатрис посчитает это подозрительным, – проворчал Джошуа. – Она знает, что я терпеть не могу толпы людей.

И его сестра также знала почему.

– С вашей сестрой я сама разберусь, – улыбка леди Гвин стала дерзкой.

 – Я ей опишу, как вы тут без нее страдали со времени ее отъезда, вам было ужасно одиноко во вдовьем домике, где должна жить вдовствующая герцогиня, и что вы просто должны были увидеть ее в минуты ее триумфа, когда она предстанет во всей красе.

Джошуа с подозрением посмотрел на леди Гвин.

– Беатрис рассмеется вам в лицо, если вы начнете толкать перед ней такие речи. Она гораздо лучше меня знает.