Князь-волхв. Тропа колдунов. Алмазный трон (сборник)

И капает, капает без конца темно-красная жижа в темно-красную лужу.

– Что с ним? – Тимофей придвинулся ближе.

– Похоже, откусил язык и истек кровью, – хмуро отозвался Угрим.

– Как истек?! – поразился Тимофей. – Что, так быстро?

– Да нет, не быстро. Видать, давно уже свою кровушку глотает. Чудно, как до сих пор не захлебнулся.

Тимофей содрогнулся. Бесермен – одно слово!

Черный бесермен в сером камне не шевелился. И, кажется, уже не дышал.

– Все? Он умер, княже?

– Нет, – покачал головой Угрим.

Князь-волхв повел по воздуху ладонью, чуть шевельнул губами. С зуба-столба, придавившего полонянина, будто оползень с влажного земляного обрыва сдвинулся широкий каменный пласт. Сполз, накрыл, закрыл – и голову, и кровь бесермена. Пленника теперь не стало видно вовсе. Лишь одинокая колонна с уродливым выступом в том месте, где только что из камня торчала человеческая голова, подпирала свод подземелья.

– Ну вот и схоронили, стало быть, – ответил князь на немой вопрос в глазах Тимофея.

– Кто это, княже? – глухо вымолвил Тимофей. – Кто это был?

– Воин, лазутчик, вор и ночной тать, обученный убивать исподтишка.

– И откуда ж он такой взялся?

Угрим неопределенно махнул куда-то за спину.

– Его страна лежит за степями кочевников, за владениями желтолицых царей, за далеким восточным морем. Земли, из которых он послан, первыми встречают восход солнца.

– А кто… – Тимофей никак не мог остановиться. Вопросы сыпались сами собой. – Кто послал его из этой заморской страны?

Князь невесело усмехнулся:

– Заморский же колдун, сила которого не уступает моей. Ты вступил на его Темную Тропу, Тимофей. Такие пути способны создавать лишь могущественные чародеи и кудесники.

– Но ведь и ты, княже… Тоже… Смог…

– О нет, я всего лишь в нужный момент протянул к Тропе свою тропку – поменьше и покороче.

– И ты вот так просто нас нашел на чужой колдовской Тропе? – удивился Тимофей.

Угрим покачал головой.

– Непросто, это было совсем непросто. Отыскать Тропу нелегко. Еще труднее найти на ней человека. Мне помогло защитное слово, которое я наложил на тебя и которое связало тебя со мной.