Русский богатырь и лесное воинство

– Теперь он уж точно наш, – пропищал толстенький коротышка в рваном и грязном вельветовом костюме на голове волосатое тело.

– Не наш, а мой, – хищно прохрипел Оборотень, – запомни это, Упыреныш!

– Так вот, – продолжал гудеть призрак, – ты давал клятву темным силам?

– Н-нет, – промычал гот.

– Как нет! – возмутился Упырь.

– Давал, давал! – продолжал поддакивать старичок.

– Я сам слышал, что давал! – гремел Оборотень, – и кошку в жертву при этом приносил…

– Которую перед этим кухонным ножом при всех зарезал, – пискляво уточнил Упырь.

– Н-ну… давал, – признался припертый к стене Вова, – но это же все не по-настоящему, – начал оправдываться он, – я же кровь этой кошки не пил и… и ничего не подписывал. Кровью не расписывался на пергаменте, как… как Женька к примеру делал. Вот к нему и обращайтесь. А я не того, я тут не причем!

– И что с того, что ты кровь бродячей кошки не пил? – насмешливо пропищал Упырь, – клятву-то давал, теперь исполняй, будь добр! Не надо было словами бросаться.

– Да, да, – привычно стал поддакивать старичок, – наобещают с три короба, а потом ищи свищи…

– Что вы от меня хотите? – завопил Вова в истерике. Он упал на колени и стал биться головой о пол и рыдать.

– Ты должен убить Сашу Ковальчука, – вкрадчиво произнес Блазень и слегка наклонился над Вовой.

Наступила тишина. Вова перестал рыдать и биться в истерике, замолкли слуги призрака, сам Блазень тоже замолчал, будто бы чего-то выжидая.

Наконец, гот поднял голову и посмотрел на призрака заплаканными, но злыми глазами:

– Никого я убивать не буду, – произнес он дрожащим голосом, – вы меня не заставите.

– Заставим, Вова, – назидательно ответил призрак, – не так-то легко освободиться от данной клятвы. Вспомни, что ты обещал?

– Я не буду никого убивать!!! – заорал Вова и бросился с кулаками на Блазня. Однако пролетев сквозь призрака, гот шлепнулся прямо к ногам старичка.

Позади раздался страшный гомерический хохот Блазня.

– Вова, Вовочка, что ты с собой делаешь? – сочувственно повторял старичок, голос которого изменился и стал очень знакомым.

Тело снова забило крупной дрожью, Вову обуял неописуемый ужас и он что есть силы закричал:

– Убирайтесь вон! Я не буду никого убивать, вы меня не заставите! Вас нет! Все вы мне только кажетесь!!! Вы не заставите!..

– Да кто же тебя, Вовочка, заставляет убивать-то! Успокойся! – продолжал свои сочувственные речи старичок.