Хранитель бездны. Фантастическая повесть

Одолевало чувство, обычно появляющееся в преддверии больших перемен или перед бедой. Как это со мной бывает в таких случаях, я снова и снова перебирал события ушедшего дня, просчитывал все возможные и даже невозможные последствия того, что произошло. Несколько раз возвращался к странному поведению Михаила Владимировича на тренировке, но ничего придумать так и не смог. Мучимый странными предчувствиями, около двух часов ночи я все-таки заснул.

Казалось, что прошло несколько секунд, как меня разбудил звонок мобильного телефона.

Я схватил трубку. Звонили с незнакомого номера.

– Вы Михаил Сафронов? – услышал я в трубке равнодушный официальный голос.

– Ну… – недовольно буркнул я.

– Вы знакомы с Гариным Михаилом Владимировичем? – спросили с того конца.

У меня ёкнуло в груди. Вся прошлая встреча с учителем в одно мгновение прошла перед глазами во всех подробностях.

– Что случилось? – напряженно спросил я.

– На Михаила Владимировича сегодня ночью было совершено нападение, – также равнодушно продолжал вещать в ухо мой мобильник, – сейчас он в реанимации.

– Что с ним?

– Состояние критическое. Только несколько минут назад пришел в себя и настоятельно просил вас приехать к нему. Постоянно твердит о каком-то неотложном деле.

– Насколько все серьезно? – упавшим голосом продолжал спрашивать я.

– Вероятность летального исхода высока, – спокойно констатировали из реанимации, – сильные повреждения внутренних органов, потеря крови, ожоги…

– Еду.

Часы на стене в кухне показывали половину пятого.

Он лежал настолько бледный, что его почти не было видно на фоне белоснежной постели. На растрепанной седой бороде багровые пятна и подпалины. Обычно круглое лицо, всегда излучающее не по возрасту неизменное здоровье, теперь вытянулось, глаза сидели глубоко под нависшими седыми бровями.

Михаил Владимирович лежал неподвижно, увешанный капельницами и проводами. Только воинственный блеск в глазах свидетельствовал о том, что владелец этого искалеченного тела еще жив и в сознании.

– Что случилось? – хриплым срывающимся голосом спросил я, – на вас напали бандиты?

– Случилось то, что рано или поздно должно было случиться, – неожиданно бодрым голосом ответил учитель и повернул голову в мою сторону. Только побелевшие губы свидетельствовали о том, с каким трудом Михаилу Владимировичу давался этот разговор.