Мир Эл. Клюква на снегу

Хватит ли этой воды? Не останусь ли я в этой камере? А вдруг он действительно убийца? Тут нас разделяет стена и это не имеет такого значения, но лицом к лицу с душегубцем…

– Ну, кажется, я готов к побегу! – неожиданно помолодевшим голосом объявил маг. – Если кроме бутылки было ещё что-то, не забудь забрать с собой, иначе вычислят пособника.

Я засунула кусочек ткани в карман джинсов.

– Ты предупреди, если собираешься стены сносить. Я хоть в уголок отойду.

– Ну-ну. Больше слушай старика полицмейстера.

Я замерла в ожидании волшебства, но ничего не происходило. Тут дубовая дверь в мою камеру медленно приоткрылась, и в неё беззвучно зашел высокий молодой мужчина крепкого телосложения с запыленными темными волосами по плечи.

– Привет – поздоровался он и лучезарно улыбнулся, но у меня от этой улыбки сердце в пятки ушло, было в ней что-то чудовищное, звериное и по животному притягательное.

– Здрасьте, – остолбенела я.

– Что ты как неродная, Эл? Ладно, спишем на напряженность ситуации. Идем.

– Куда?

– На вольные просторы, – он взял мою руку своей обжигающе горячей ладонью. Я физически ощутила, как в ней пульсирует сила, будто лава в жерле проснувшегося вулкана. – Ничего не бойся! – авторитетно добавил он и сжал руку еще сильнее, проворно прижав меня спиной к своей груди.

Я не представляю, куда в этот момент делась вся моя строптивость. Это страх или магия? Я даже не пикнула, когда начала становиться прозрачной, превращаться в того самого водяного духа.

Почувствовала, как Еруш ослабил хватку.

– Не отпускай моей руки. Пока не выберемся за город, ты должна всегда меня касаться! – строго напутствовал он, спорить я не собиралась.

Мы вышли из камеры, тихонько прикрыв за собой дверь. Поднялись на первый этаж – там уже никого не было. Видно, рабочий день начальства закончился. На вахте у выхода самозабвенно зевал молодой солдатик. Еруш взял со стола карандаш и бросил его в противоположную сторону комнаты. Пока служивый находился в поиске источника шума, мы, словно призраки, проплыли мимо него, и вышли наружу.

Улицы города были поглощены вязкой белой пеленой.