Такуан из Кото

Молодой господин с длинными волосами и родинкой на щеке сидел во главе стола, горделиво распрямив спину. В тонких бледных пальцах он держал серебряную вилку, каковой уж точно в дорожном трактире было не место. Оттопыренный мизинец торчал в сторону и вверх, указывая прямо на благородное происхождение владельца. На груди у него качался медальон с изображением лилий, а на пальцах блестели золотые перстни. Даже рубаха из плотного хлопка была расшита золотом. Накидка с дорогой тесьмой лежала на краю стола. Звали господина Даньян Арра-ё, что означало «из древнего рода Арра».

Принц Даньян путешествовал по странам и провинциям Итаюинду и сейчас направлялся в Сурин. Сопровождали его придворные гвардейцы. О воинском ранге свидетельствовали широкие палаши, притороченные к поясам гвардейцев. Навершия палашей украшал уже знакомый Такуану герб.

Гвардейцы одеты были победнее принца, но всё же и по ним было видно, что в подобных трактирах они редко останавливались.

При появлении Такуана наследный принц поморщился. «Что за неопрятный простолюдин!» – обозначилось на его лице.

Пренебрежительный взгляд не ускользнул от наблюдательного Такуана, и он решил проверить, на что принц может ему пригодиться. К тому же денег у Такуана больше не было, а из всех ценностей был один только чёрный топаз.

Такуан приосанился и подошёл к столу с таким видом, будто это он здесь принц, а Даньян – его мельчайший придворный. Гвардейцы тотчас отставили плошки в сторону. Ближайший из них положил руку на эфес палаша.

– Приветствую тебя, уважаемый! – сказал Такуан.

На гвардейцев он внимания не обращал, будто их здесь и не было.

«Вот наглец! Пусть гвардейцы с ним разбираются», – так подумал принц. И поднёс к губам кубок с вином.

Один из гвардейцев медленно поднялся со скамьи.

– Кто ты и как ты смеешь фамильярничать? Известно ли тебе, кто перед тобой?

– Вижу я, что это благородный господин, но ведь и я непростого рода, – сказал Такуан, словно одет он был не в потрёпанную деревьями рубаху, а в расписной кафтан.

Наглость Такуана позабавила принца, и он сделал гвардейцу знак. Тот послушно сел на скамью.

– Как же тебя зовут, благородный господин? – спросил принц, не скрывая насмешки.