Пустота

«Но как долго смогу я еще терпеть?»

Задавшись этим вопросом, Солнцева вдруг обнаружила, что руки ее незаметно опустились к гениталиям и через белье уже медленно поглаживают свою хозяйку. На миг она устыдилась, остановив себя, а затем, решив, что, может, не так уже это и плохо, попыталась дать волю фантазиям.

Из этого тоже вышло мало. Несмотря на нелюбовь к супругу, за девять лет совместной жизни Катерина ни разу не позволила себе измены, даже интрижки. И дело было не в клятве верности, а в том, что такое поведение в ее представлении было совершенно недостойным, таким, после которого она бы сама себя ненавидела.

Поборовшись с бессонницей еще около часа, Катерина решительно скинула с себя одеяло и скорым шагом направилась в ванную.

Контрастный душ, умывание – все очень быстро, чтобы затем очень основательно и кропотливо заняться лицом и прической. Сначала база, тональный крем, затем контурирование, растушевка и ресницы, наконец, помада.

– Ну вот! Безупречно! – похвалила она себя.

В половину восьмого она поцеловала еще не закончившую завтрак дочь, прикрикнула на мужа, дабы не опоздали они в поликлинику, и выскочила из квартиры.

По мере приближения к офису мироощущение Катерины становилось все более позитивным. Солнцева искренне любила свою работу, и именно это позволяло ей игнорировать семейные «неполадки». На работе ей были рады, ее ценили, восхищались ее красотой и умом.

На проходной она мельком улыбнулась охраннику, силящемуся отвести от нее взгляд, мило поприветствовала начальника следственного департамента и ловко проскочила в специально задержанные для нее лифтовые створки.

– Спасибо, джентльмены! – она широко улыбнулась окружившим ее мужчинам в погонах, которые при виде эффектной шатенки тоже заулыбались и ожидаемо начали соревноваться в остротах и комплиментах.

До своего этажа Солнцева добиралась уже в одиночестве. Первый отдел специальных расследований располагался на самом верху, в недавно сооруженной к историческому зданию пристройке.

– Всем привет! – с порога объявила она, демонстрируя коллегам лучезарную улыбку.

Не считая Лебедева, все были уже на месте. Сбившись в кучку около чайного столика, с кружками в руках, они весело обсуждали что-то незначительное.