Пустота

Через час они были дома, слегка продрогшие, чуть уставшие и очень голодные. Скинув ботинки, Северский поставил голод в очередь, отдав предпочтение разжиганию потухшего за время долгой прогулки камина. Дрова, бумага… как всегда потерявшиеся спички.

Не торопясь приступить к готовке раньше суетящегося с огнем брата, Полина прошла к дальней стене – к своему рабочему столу. Перед прогулкой она оставила торговый терминал открытым, дабы вернувшись, узнать о решении Федрезерва по ставкам.

Через пару минут Северский закончил с камином и, отряхнув грязные от сажи ладони, подошел к сидящей у монитора сестре.

– Ну, сестра, чего тут у тебя случилось? – он не мог не заметить, что вместо привычных синих графиков и таблиц она изучает служебные отчеты каких-то замысловатых программ.

Девушка ответила не сразу. Полистав отчеты антивирусной программы еще немного, она повернула к нему свое удивленное лицо:

– Похоже, мой комп хакнули.

2.

Уже вторую неделю Катерина Солнцева мучилась плохим сном. Она поздно ложилась, быстро отключалась, но просыпалась задолго до звонка будильника. Нарушить ее покой могло все что угодно – случайный крик с улицы, храп мужа, тревожный сон или внезапный приступ беспокойства. В этот раз это был храп. Короткий, совсем непродолжительный, которого оказалось достаточно, чтобы пробудиться.

С досады она пихнула мужа локтем.

«Трындец! – выругалась Солнцева про себя.

Катерина подняла подушку ближе к стене и повернулась на спину. Губы ее непроизвольно надулись, руки скрестились на груди. Выдохнув частичку кипящей внутри злобы, она обратила взгляд на своего обидчика.

«Боров!» – ей жутко хотелось пнуть его, однако поняв, что будет оттого только хуже, она сдержалась.

Солнцева понимала, что уже дошла до стадии постоянного им недовольства. Тот был самым обычным мужчиной – неопрятным, заносчивым, неуспешным, с мерзким, как она говорила – пивным, животиком.

Все бы уже давно кончилось, если бы не их восьмилетняя дочь, безумно любящая своего доброго, заботливого и веселого папу. Ради нее, этой маленькой непоседы и проказницы, Катерина была готова еще потерпеть.