Пустота

Можно?

– Дебилы… – сыграв возмущение, она решила более не смущать задержанного близостью тела и вернулась на прежнее место. – Конечно, вам дадут позвонить.

– А можно с вашего?

– С моего? – на несколько секунд она растерялась.

(«Что это за ход вообще?»)

– Конечно, – сообразив, что официальная передача номера его сестры пойдет делу на пользу, Солнцева взяла телефон, сняла блок и передала подозреваемому. – По закону я обязана присутствовать при разговоре.

Северский кивнул, принял аппарат и без суеты набрал по памяти номер.

– Лина, привет, это я… В Твери, в полицейском участке… Мне подбросили наркотики в маркете… Да, адвоката подыщи, но придержи до завтра. Примерно до обеда? – он повернулся к Катерине и, дождавшись ее кивка, подтвердил, – да, до обеда… Потому что к обеду они посмотрят камеры и, возможно, убедятся в моей невиновности… Нет, Лина, я не особо в это верю, – он снова поднял глаза на внимательно наблюдающую за ним Солнцеву.

(«Трындец! Так это теперь он испытывает нас?»)

– Короче, Лина, даже если меня отпустят, надо будет срочно что-то предпринимать… Да, пока! Постараюсь позвонить тебе завтра.

Закончив, он вернул Солнцевой телефон, вернул безучастно, словно то был обычный, никак не касающийся ее разговор.

– Простите, Вячеслав, но вы сказали дрон и компьютер? – тот утвердительно кивнул. – Не расскажете?

Оказалось, что Северский видел дрон по случайности, оказавшись ранним утром в уборной с широким окном.

– Подумайте на досуге, Вячеслав, может, у вас еще остались враги, – посоветовала Солнцева, направляясь к выходу.

– Подумаю, Катерина, хорошего вам дня!

– И вам удачи, Вячеслав! С протоколом вас ознакомят завтра.

Через минуту она была в наблюдательной, где Зайцев, Юсупов и Максим о чем-то оживленно спорили.

– Ну, что вы думаете о нем?! – влетев внутрь, дала волю своему возмущению Солнцева. – Каков наглец!

– Ты все равно молодец! Хорошо отработала, Кэт.

– А как тебе его звонок? Слишком умная и интеллигентная! Я что, правда облажалась?!

– Остынь, Кэт! Я же говорю, ты молодец!

– Так что вы о нем думаете?!

– Я думаю, он псих.