Одна душа на двоих

Ко всем вопросам Талика, помимо заданных в нарочито шутливой форме, она привыкла относиться серьезно.

– Быть может, чтобы больше нравиться себе? Хотя все это вздор… От этого не будет счастья больше – ни нам, ни мне, – в сложных раздумьях девушка частенько прибегала к заветам о главном, поведанным ей Таликом. – Возможно, только чуть и ненадолго… Но вдаль смотря, получим мы лишь зависть.

– И жадный взгляд старейшины Мугана.

– Точно!

– Ты умница, Шенне.

– Ну, я стараюсь! – она крепко обняла его руку и кокетливо улыбнулась.

Юноша нежно посмотрел в ее сторону, неторопливо высвободил из захвата руку и, взяв ее ладонь в свою, как они непременно делали с детской поры, повел по степи. Тепло ее руки с тех пор стало более привычным, но оттого не менее приятным и уютным. Казалось, что если не будет он сжимать ее ладони хотя бы день, то не сможет нормально себя ощущать, словно человек, лишившийся вдруг обоняния или мизинца.

– Когда идем мы так вдвоем, когда вокруг покойно… когда вот это солнце, ветерок… трава, сверчки…

– То что?

– То чувствую себя таким счастливым… Правда.

– Оно прекрасно, – подсказала девушка.

– Сложно возразить.

9. Вархаг

Найти место стройки большого труда не составило. Высокая, почти в десять метров каменная башня, стоящая посреди чистого поля, – не заметить ее и пройти мимо было сложно.

– Что они строят? – чем ближе они подходили, тем более странной казалась Шенне конструкция. – Ты еще не знаешь?

– Как будто мельницу, – постарался припомнить Талик.

Мозг его с трудом запоминал малозначительное.

– Не слишком ли большая? И в месте странном.

Проект строительства новой мельницы был задуман старейшинами взамен прежней – деревянной, мощностей которой уже не хватало, а механизмы и сама несущая конструкция изрядно поизносились. В итоге вместо ремонта старой и строительства небольшой новой решили сделать одну новую, поближе к недавно распаханным, наиболее плодородным полям.

– Не все ль равно?

– Пожалуй, что и так, – хотя Шенне была любопытней Талика, ее интерес к незначительному имел обыкновение угасать так же быстро, как и возникать.

Строительные отряды обычно насчитывали до десяти человек. Все работники, кого подходя к башне двое могли видеть, суетились на ее вершине.