Монстры

– Вы такой милый, Антон! Вспоминаю свою студенческую молодость, когда я училась в МГУ – у меня был хороший друг, вы мне так его напоминаете!

– Вот как, – улыбнулся я, – так, значит, вы учились в Москве?

– Я не только училась в Москве, я и родилась там! – она почти полностью, насколько это было возможно, повернулась в мою сторону, окончательно отложив «Улисса» в сторону. – Да, я коренная москвичка, Антон, хотя, наверное, по мне и не скажешь. Вы ведь тоже из столицы?

– Да, к несчастью, тоже.

– Ну почему же к несчастью? Разве вам не нравится Москва?

Я родился и вырос в Москве, но так и не смог привыкнуть к этому городу и принять его неприветливость. Наша семья всегда жила за городом, посещая центр столицы лишь по необходимости. Даже будучи студентом, после окончания занятий я редко задерживался в этом «бетонном раю» дольше, чем было нужно для учебы.

– Да, Марго, совсем не нравится. Этот город – средоточие суеты, грязи, снобизма и алчности, – ответил я искренне, хотя и слегка максималистски.

– А я люблю Москву! Нет, не удивляйтесь, Антон, это совершенная правда. Люблю ее тихие переулки, извилистые улочки, величественные здания, проспекты… и, конечно, театры. Я выросла среди этого, и хотя Москва сильно изменилась за последние двадцать лет, я по-прежнему очень привязана к этому городу. Вам нравится театр?

Мне не нравился театр, зато с этого момента наш разговор пошел более гладко – с театра мы вновь переключились на книги, с книг – на Интернет и политику.

Марго оказалась интересной собеседницей, имеющей неординарную точку зрения по большинству вопросов. Истинная интеллектуалка, ведущая одинокую, но полную событий жизнь.

Всего через пятнадцать минут непринужденного разговора мне удалось получить от нее интересующую меня информацию. Марго была психотерапевтом, по ее словам, очень высокого класса. Она вела свою практику с перестроечных времен и успела заслужить доверие своих клиентов – пациенты сами искали ее консультаций, в последующем «передавая из рук в руки».

На наш объект Марго пригласил кто-то из руководства, ее давний институтский приятель, чью фамилию она отказалась назвать из этических соображений. По словам Марго, она никогда бы не полетела в такую глушь, но «очень многим ему обязана», да и не против «поворошить былое».

– Вот вы, Антон, совершенно непохожи на моего пациента! – заявила она мне.