Ярость демона. Ученик

Граф быстро нашел человека и передал ему образ княжны, что означало: она требует его к себе. Спустя полминуты тот вошел в каюту.

– Полукровка, – сказала его хозяйка, – тихо приведите его сюда. Аккуратно и осторожно: он очень опасен – скрытая охрана объекта.

– Сделаем, – ответил тот и вышел из помещения.

Ее люди сработали четко, и спустя пять минут в каюту привели так не понравившегося ей молодого человека. Теперь-то она поняла свою неприязнь, каким-то своим чувством определив противника. Выразительно посмотрела на Ласси, который ушел в себя, но спустя полминуты удивленно произнес:

– Посадите его и обыщите.

Тот дернулся, но воины были наготове, и его бок окрасился кровью, попавшей на его тряпку, в которую были замотаны крестьянские серпы. Их тут же положили на стол, рядом легло свидетельство о подданстве Российской Империи, пара монет и банковская карта. И воин, обыскивавший парня, развел руками, говоря, что это все.

– Какие богатые нынче пошли полукровки, – недовольно процедила сквозь зубы княжна.

Это она обратилась с вопросом к магу, который снова принялся за свои прямые обязанности. Но изумление, которое читалось на его лице просто огромными буквами, сказало, что снова что-то пошло не так.

– Удивительно, но у него такая мощная защита разума – врожденная, – произнес он.

Теперь он встал, положил руки тому на голову и вновь ушел в себя. И вот сейчас его лицо выражало сильную борьбу: то кривилось, то на нем появлялось победоносное выражение, вновь сменяющееся досадой.

А вот выражение лица парня явно говорило о том, что он ведет серьезное сражение. Все эти пять минут княжна просто ощущала волны, исходящие от него. Но сейчас оно расслабилось, словно тот потерял сознание либо уснул. Все это время находящиеся в комнате даже дышали очень тихо, чтобы ненароком не нарушить концентрацию менталиста.

– Ух, – устало произнес он. – Он действительно не при делах, просто летит в Новосибирск поступать в их школу магии. Я подправил немного последние его воспоминания – теперь он уверен, что просто поговорил с вами. К сожалению, сделать что-то большее я не могу.

– Он точно ничего не будет помнить?

– Абсолютно. Все его воспоминания с момента, когда к нему подсел ваш охранник, будут заключаться в том, что вы его пригласили к себе и некоторое время разговаривали.