Легенда о Белой Деве

 – Но я имею неудовольствие наблюдать твою морду в своём, – она выделила это слово, но не смогла скрыть горечи в голосе, – доме.

Незнакомец отступил на пару шагов, зажмурился и помотал головой из стороны в сторону. Когда он снова посмотрел на сестёр, его взгляд прояснился.

– Моё имя Гилмор, – произнёс он. – Я пришёл, чтобы просить о помощи Белую Деву. Надеюсь, ты выслушаешь меня, несмотря на то, что мой рассказ покажется тебе очень странным, и… – Он ничего не сказал, но очень красноречиво посмотрел на Олесю.

– А я Альбина, – представилась девушка, обняв сестру за плечи сзади, а по факту – просто навалившись на неё, по возможности лишая свободы движений. – Это Олеся. А вместе мы – сёстры Аля и Оля, по совместительству подружки не разлей вода, и плевать, что по правилам наши имена сокращаются не так. – Девушка улыбнулась настолько лучезарно, насколько могла.

Гилмор с благодарностью на неё посмотрел, а потом перевёл полный смирения взгляд на Олесю. Альбина почувствовала, как Олеся раздулась от медленного глубокого вдоха, а потом так же медленно выдохнула: смирилась с тем, что младшая, как обычно, не упустит возможности построить глазки очередному симпатичному парню, каковым Гилмор, приходилось признать, определённо являлся, и переключилась из боевого режима в разговорный.

– Ладно, – сказала Олеся, высвобождаясь из объятий Альбины. – Чешите на кухню, Альбина, сообрази чаю какого-нибудь, что ли, а я приведу себя в порядок и догоню. – Она тяжёлым взглядом посмотрела на Гилмора.

***

– И-и-ита-ак, – протянула Олеся, прокашлявшись и поставив чашку на стол.

Альбина тут же машинально долила туда коньяка, хотя чая там давно уже было гораздо меньше. И себе тоже. «Такой красивый парень, а придётся сдавать в дурку. Обидно».

Молчание затянулось. Альбина выбрала себе роль «подай-принеси» и оставила переговоры сестре. Олеся же пыталась понять, что вообще можно на всё это сказать. По Гилмору было видно, что он начинает нервничать, хотя и старается сохранить спокойствие.

– Значит, – наконец нашла слова Олеся, – ты из другого мира.

– Ага. – В голосе Гилмора проскользнула нотка обречённости.

– Этот самый другой мир рушится.

– Ага.