Мошки в янтаре. Скуй мне панцирь ледяной. Черный пепел, красный снег. Ключ

Здесь вы будете в безопасности, и сможете как следует отдохнуть.

– Как долго?

– Мескинская провинция велика. Думаю, еще недели три.

– Время уходит, господин Витад.

– Сожалею, госпожа, но это пока всё, что я могу сделать для вас.

Бринерот ответил на настойчивый взгляд южанки своим – открытым и спокойным. Зараэль опустила глаза, тая растущее раздражение.

– К тому же, принимая во внимание то, что от вашей руки погиб литтад Юзвег, ваша безопасность – нелегкое дело, – маг покусал губы. – Уверен, что утром появятся люди от наместника и потребуют отдать им вас.

– И что? – Зараэль беспокойно заерзала в кресле.

– Ничего. Я же сказал – здесь вы в абсолютной безопасности.

– Благодарю, – тихо ответила южанка. Потом посмотрела на кошку, лежавшую на коленях у Витада. – Любите кошек?

– Обожаю, – впервые за время их разговора улыбнулся тот. – У нас это взаимно. Удивительные создания. Намного более совершенные, чем люди.

Кошка потянулась, зевнула, и Зараэль показалось, что она улыбается словам хозяина.

– Такое впечатление, что она понимает вас, – усмехнулась южанка.

– Так и есть, – Витад провел по кошачьей спинке ладонью, осторожно переложил зверя с колен в кресло, и поднялся. – Идемте, леди Зараэль, я покажу вам вашу комнату.

***

Шарик мчался по кругу. Из рассеивающейся пелены выплыли очертания комнаты, щедро освещенной свечами.

– Привет, Витад, – Бринероту улыбнулся широкоплечий кареглазый красавец с едва тронутыми сединой волосами, вольготно расположившийся на широкой софе.

– Всё шутишь, Аварди?

– Шучу. Настроение располагает, – поднося бокал к губам и отпивая, подтвердил Аварди Ласар – полный маг первого круга и первый представитель Серого братства в Мескине.

– Магистр Энвингол мертв.

– Что?! – Аварди поперхнулся, закашлялся, пятная белизну рубашки брызгами вина, и выронил бокал. – Я тебя убью, Бринерот!! Язык вырву за такие слова!!

– Лорд Астид, лорд Иннегард и лорд Улле тоже погибли, – добавил Витад, не обратив внимания на угрозы.

– Ты что, бредишь? Снова «ласковой пыли» перебрал?

– Я чист, как небо над Мескиной. Есть свидетель.

– Свидетель? Чего свидетель? Кто?

– Свидетель их гибели. Дочь магистра.

– Абсурд!

– Правда. У неё кольцо магистра. Она говорила вещи, которые могут быть известны лишь очень близким к нему людям.