Вселенная неудачников

Пришлось остановиться на мысли о том, что дверь заперта. Я сел на кровать и похлопал себя по карманам. Дико хотелось курить, но сигарет с собой не было. Карманы вообще оказались пусты.

Ну и где я? Непохоже это место на больницу захудалой латиноамериканской страны.

И вообще не так часто мне встречались комнаты без окон.

Сумасшедший дом? А почему я тогда в своей одежде? Или здесь принято оставлять пациентам те шмотки, в которых они прибыли?

В любом случае непонятно, как я переместился из джунглей в сумасшедший дом.

Хм… Если это сумасшедший дом, то были ли вообще джунгли?

А одежда… Ну, мало ли какие теперь в дурдомах пижамы…

Ага, и халаты у врачей странные. Или парень, который навестил меня примерно через час после моего пробуждения, совсем не врач.

На вид ему было лет сорок, и одет он был в некое подобие военной формы. Только я такой формы раньше никогда не видел.

На поясе висела кобура, из которой торчала странного вида хреновина. То ли электрошокер, то ли фаллоимитатор.

Дверь открылась без единого звука. Открылась она, как я и догадывался, наружу. Только не вбок, как положено открываться любой уважающей себя двери, а вверх, как у спорткара. Очень своеобразное архитектурное решение.

– Меня зовут доктор Полсон, – он смерил меня взглядом и положил руку на хреновину в кобуре. – Вы американец?

У доктора Полсона был неплохой английский. Но едва уловимый акцент говорил о том, что этот язык для него не является родным.

– Нет, – сказал я.

– Англичанин?

– Русский.

– Но тоже разведчик?

– Нет, просто мимо проходил.

– Смешно, – сказал доктор Полсон, даже не улыбнувшись.

Могу его понять – это была не самая лучшая моя шутка.

– А вы кто? – поинтересовался я.

– Добрый плантатор.

– Тоже смешно, – сказал я. Или все-таки в местных джунглях оказалась перевалочная база Медельинского наркокартеля? А что, интересная версия. Тут до границы с Мексикой недалеко.

– Белиз, – подтвердил доктор Полсон. – Как себя чувствуете?

– Нормально.

– Это хорошо.

Два шага назад вывели его из комнаты, и дверь плавно опустилась на свое место. Славно поговорили…

Сложно сказать, сколько времени я провел в одиночестве. Часов не было, окна, чтобы наблюдать за сменой дня и ночи, – тоже, свет мне не выключали.

В конце концов мне стало скучно, и я лег спать.