Бастард четвёртого мира. Том 3. Затерянная межа

В резком замахе силуэт занес меч высоко над головой и ринулся в атаку.

Услышав частые приближающиеся шаги, Дики торопливо обернулся. Перед взором замаячила размытая темная фигура. Инстинкты не подвели старого барсука, а недавний глоток терпкого эля лишь обострил чувства. Страх перед внезапной угрозой колкими ледяными мурашками прошелся по телу канри и, с силой подняв Тычка на ноги, бросил его вправо. Широкий обломок древнего, но по-прежнему смертоносного оружия, с лязгом врубился в стену, где мгновение назад находилась голова капитана.

– Давинти? – ошарашенно прошептал Тычок и ощутил предательскую слабость в коленях.

Сурово стиснув зубы, он мысленно взял себя в руки. Не мешкая отставил опорную ногу, принимая позу для боя, потянулся к поясу и, выхватив палаш, приготовился к сражению.

– Сюда… Сюда, капитан. Идите ко мне… – елейным эхом разнеслось по комнате.

Голос, исходящий от пошатывающегося силуэта, был точь-в-точь похож на певучий говор эльфа. И безошибочно повторял типичные для поэта особенности речи так, что сомнений в его подлинности возникнуть не могло. Однако полоска рта стоящей перед капитаном твари оставалась полностью неподвижной, в то время как слова продолжали звучать. Ломаные, неестественно резкие движения выдавали в противнике иную, совершенно не присущую ни одному разумному созданию природу.

Фантом быстро сместился навстречу канри, неуловимым рывком вздернул оружие кверху и, прохрипев нечто отрывистое, мгновенно обрушился на капитана, желая единым ударом завершить неравную стычку. Атака была настолько стремительной, что Тычок, попросту не успевая отскочить, вынуждено принял удар на себя. Сжав обеими лапами рукоять палаша, он всем телом перешел в лобовой блок. Над головой Дики разорвался оглушительный звон металла, в лицо брызнул сноп крошечных огоньков, руки задрожали, а колени заломило от напряжения.

Противник обладал поистине невероятной силой. Рост Тычка был вдвое меньше нападавшего, зато в ширине корпуса барсук значительно его превосходил. Долгие годы плаваний в качестве командира «Пустого Грома», который не всегда считался мирным кораблем контрабандистов средней руки, вложили в Дики умение противостоять соперникам куда крупнее и несоизмеримо крепче его самого.