День народного единства

Да и вино прекращу пить на время разговора нашего, недолгого я надеюсь. Ну-с, сударь, чего изволите?» Поставил я фамильный хрустальный бокал на скатерть и бесцеремонно начал рассматривать незваного гостя. Молодой парень. Среднего роста. Одет не по-нашему. В иностранную, скорее даже английскую одежду. Волос черный. Глаза как у арабченка. Волосы растрепались, как будто он откуда бежал. Губы тонкие. Нос прямой. Подбородок волевой. Чуть ниже и правей под правым глазом родинка. Уши больше среднего, закрыты наполовину волосами.

Зубы неровные. Хвоста, рогов и копыт не наблюдается. «Общение, я извиняюсь, долгое будет. Я вам должен будущее этого мира показать. Жуткое на самом деле будущее. А вы должны его пустить в мир. Или не впустить. На Ваш выбор». «А если я его не впущу, что будет?» – взволнованно спрашиваю я. «Рай на земле, но без Вас. А если впустите – Ад, но с вашим живейшим участием, дорогой Дмитрий Сергеевич». Я подумал, что надо просто поспать. Чайку с лимоном попить. И все пройдет. Проснусь утром как обычно. Веселый и радостный. Как давно уже не бывало. «Поспите, поспите. А я здесь рядом посижу, подожду, пока Вы проснетесь», сказал бес с язвительной улыбкой. «Или не проснетесь. Все только на Ваш выбор и ради Вашего удовольствия, любезный мой друг». Меня пугает это. Меня испугали его слова. Я боюсь не проснуться. Но вида не показал. Какое сейчас усну? Как усну? Если поджилки трясутся. Выпью вина. Вот Вам. И еще. И еще. Видел, бес, как русские люди пьют? А он в кресле качалке лежит, покачивается, дремлет. Как будто не интересно ему. Стал я пристально в него вглядываться. Спит как будто. В вот возьму револьвер, курок взведу и выпущу всю обойму. «Вот этого делать Вам точно не надо, господин Шарко», – официальным тоном говорит чёрт, – «только патроны зря потратите». И спит дальше, как ни в чем не бывало. Ладно. Ладно. Ла-а-а-дно. Допил вино. Лег на кушетку накрылся пледом. Закрыл глаза. Заснуть пытаюсь. И тут вроде как движения какие вокруг, что ли. Ветер такой. Теплый. Морем что ли запахло. Музыка чудная. Никогда такой не слышал. И меня начинает как бы приподнимать. Лечу плавно. И страх. И восторг. Открыть глаза боюсь. «И не надо. Я скажу, когда можно будет глаза открыть.» Музыка мелодичная, на неведомых инструментах. Методичные удары. Шум. Голоса. Вот опять прекрасная мелодия. Голоса опять. Галилео. Фигаро. Черт знает что. «Я знаю, что это, но Вам не скажу. Пожалуйста, Дмитрий Сергеевич, зовите меня Робертом, мне так привычно и приятственно.