Доктор Шифр

Кто-то даже рассказывал, что «с этим долго не живут». Потому-то имевшиеся у него симптомы расценивал как первые признаки скоропостижной кончины.

Однако не это тревожило Андрея сильнее всего. У него появилось ощущение, что после удара в голове будто образовался затор. Пробка в том самом канале, по которому текла энергия, связывающая с красно-зелеными огнями из далекого космоса.

«Почему я перестал видеть облако над головой Димедрола? – думал он. – Это из-за того, что я должен был вот-вот потерять сознание, или удар головой что-то отключил во мне?»

Ему захотелось тотчас увидеть красное свечение.

«Сверхъестественное дерьмо», – подумал Андрей. Так бы сказали герои боевиков, которые они с Кимом частенько смотрели по видику: «Я выбью из тебя всё сверхъестественное дерьмо!» Пожалуй, эта реплика подошла бы Сталлоне.

Шутки шутками, но Андрей начинал паниковать. Перспектива лишиться причудливого дара, связи с невидимым другом из космоса, а вместе с ней – возможности по-настоящему отвлечься от мрака, нависшего над семьей, повергала Волошина в глубокое уныние.

– Ну и на фига ты Димедролу подножку поставил? – спросил Ким, ваткой смахивая с волос Андрея остатки запекшейся крови.

– Чтобы он тебя не догнал и морду не набил, – отвечал Волошин, глядя прямо перед собой.

– А он бы и не догнал. Я смог бы убежать.

– Нет. Не смог бы.

Непоколебимость в голосе друга ударила по самолюбию Кима. Прекратив обрабатывать ссадину, он посмотрел на Андрея с нескрываемым раздражением.

– Так, мелюзга, давай-ка договоримся. Больше ты впрягаться за меня не будешь! Никогда-никогда. Ясно?

– Почему?

– Потому что это стремно! Младший впрягается за старшего – да если Димедрол кому-нибудь об этом сболтнет, надо мной будет ржать вся школа!

– Он не сболтнет.

– Почему ты так уверен?

– Потому что на землю его повалил «мелюзга». Да еще и клевую футболку порвал. Нет, Димедрол никому ничего не расскажет – иначе его самого засмеют и перестанут бояться.

Ким внимательно посмотрел на младшего друга. Можно было лишь догадываться, о чем он думал, а вот Андрей свои тогдашние мысли запомнил прекрасно.

Огни пропали. От удара их зажало где-то в коридорах мозга.