Теней не видно в темноте

– А чего там готовить-то? Хоп-хоп, – он руками изобразил движения скальпелей, – и дело сделано.

W0-Ng едва не закоротило от увиденного, но он благоразумно удержался от замечаний. Только чопорно заметил:

– Капитан просил провести тщательнейший анализ. Этим я и занимаюсь.

– Ага, – тот понимающе покивал, между делом бросая взгляды украдкой в сторону мертвеца, – я тебе верю, а то как же. Только знай, железка, что в команде ты недавно, и потому должен заслужить наше доверие. У меня с женой чуйка на неприятности.

W0-Ng нельзя назвать забывчивым, так что не мог не уточнить:

– Разве не вы настояли, чтобы мы прибыли сюда?

Динетин, казалось, слегка замялся. Похоже, он и сам испытывал неловкость из-за того, что все так обернулось.

– Думаю, ты достаточно смекалистый, чтоб понять, что наша работенка не всегда бывает законной.

– Вы о тех клетках, что в трюме? – осведомился W0-Ng. Еще бы и бровь приподнял, если б такую имел.

Динетин улыбнулся во всю ширь и, понизив голос, заговорил:

– Я видел, как ты там шнырял. Вынюхивал. Знай, железкам вроде тебя я никогда не доверял, но кэп за тебя поручился. И если по какой-то причине только попробуешь обмануть его доверие, обещаю, от тебя даже целого винтика не останется.

– Я вас понял, господин.

– Славно. – Далбек толкнул робота в плечо и, бросив напоследок еще один короткий взгляд в сторону тела, уже собирался уходить, когда W0-Ng понял, что его кое-что интересует.

– Скажите, господин, удалось ли что-нибудь выяснить о самом корабле этого человека?

Динетин замер. Несколько мгновений разглядывал невыразительное и похожее скорей на грубый набросок лицо робота, после чего выдал:

– Удалось. Только это не твое лейрово дело. Занимайся своими приготовлениями. Доложишь капитану, как закончишь. – И ушел.

А жаль, потому что если б штурман решил задержаться чуть дольше, он бы обнаружил кое-что любопытное. По крайней мере, именно этим словом W0-Ng описал ситуацию, когда повернулся к входу в медблок и наткнулся лишь на пустой стол.

– Что значит пропал? В смысле встал и ушел, что ли? – капитан, мягко говоря, был недоволен. Его глазки то сужались, то расширялись, а цвет алых крапинок на коже сменялся почти до черного. В таком состоянии его встречали редко и, отчасти, именно потому команда «Апейрона» в полном составе застыла за его спиной и боялась издать лишний звук.