Янмэйская охота. Том II

Северная дрянь, – всплыло в памяти Ионы.

– Он прекрасен, быть может. Но не я.

Стрела – 8

Второе заседание верховного суда Империи Полари

21 мая 1775 г. от Сошествия

Здание Палаты, Фаунтерра

Едва судья Кантор открыл заседание, Ворон Короны схватился с места.

– Как обвинитель, я хочу прокомментировать эксперимент, проведенный советником обвиняемого. С этою целью прошу права задать несколько вопросов свидетелям.

– Суд находит это уместным. Приступайте.

Пресловутые альмерские рыбаки снова занимали свидетельскую скамью.

Они выглядели тревожными, но все же более уверенными в себе, чем на прошлом заседании. Очевидно, барон Бонеган устроил им взбучку, а заодно дал посмотреть правильный портрет Адриана – и рыбаки освежили память.

– Свидетели, скажите: какое освещение в вашей церкви в Косом Яру?

– Дык свечи! И несколько лампадок имеется.

– Есть ли искровые светильники?

– Откуда нам такое диво? Нет как нет!

– Верно ли я понимаю, что вы видели портрет владыки только в свете свечей?

– Ну, и при солнце – ежели дело днем, то оно в оконца заглядывает.

– Отличается ли искровый свет здесь, в зале Палаты, от солнечного и от свечного?

– А то! Ясно, отличается. Вон Борода даже слезился с непривычки.

– Ваша честь, я требую повторить проведенный советником опыт опознания, но с поправкою на свет. Предлагаю убрать шторы со всех окон, погасить искровые лампы, а портреты поставить близко к окну – лишь тогда условия опознания будут соответствовать тем, какие имелись утром на реке Бэк.

Искра не будет сбивать свидетелей с толку, и они обязательно узнают владыку Адриана.

– Суд одобряет повтор эксперимента.

Франциск-Илиан усмехнулся:

– Помню, сударь Марк, была при моем дворе в Лаэме одна дама. Сгорела до цвета вареной креветки, а уж потом стала носить зонтик от солнца. Очень все над нею потешались…

– Вычеркнуть из протокола эту басню, – приказал судья Кантор. – Приступить к повторному эксперименту.

Трое судебных приставов шустро организовали новый показ портретов.

На сей раз рыбаки без колебаний опознали владыку как в военном мундире, так и в светском платье.

– Внести в протокол, что при надлежащем освещении опознание успешно состоялось, – распорядился Кантор. – Советник обвиняемого может продолжить опрос.

Однако Ворон Короны поднял флажок:

– Прошу прощения, ваша честь. Я прошу предоставить обвинению возможность внеочередного опроса свидетелей.