Назад в СССР

И скоро набрали целый сундучок золота и серебра, и все добро в погребе спрятали. А когда фашисты отступили, бывшие полицаи хотели убежать, да не успели. Двух сыновей Еремея сразу в расход пустили, а его и младшего сына Кондраша отправили в Сибирь, на двадцать лет. Еремей так и сгинул в тайге, а Кондраш вернулся. Приехал – а вместо старого хутора стоит современный поселок. На месте их ветхой хаты – новый двухэтажный дом. Потом люди видели, что он по ночам вокруг бродит, народ стращает. Хотели его поймать и увезти в «дурку», но он убежал в лес, и до сих пор там живет.

– Жуть… вздрогнул Яшка. – Почему его до сих пор не поймают? Давно бы солдаты весь лес прочесали…

– Лес для него как дом родной. Он там каждый овраг, каждую ложбинку знает… Потому и трудно его поймать в лесу…

Пацаны молчали, глядя на темную воду и жуткий остов старой баржи, торчащий из реки. Даже болтун-завхоз задумался, бросил окурок и притоптал его ботинком.

Нарушил тишину Борис.

– Ну все, ребята, пора в лагерь возвращаться…

– А как же он выглядит, этот дед Кондраш? – схватил за плечо Михея напуганный Яшка, когда мы возвращались обратно в лагерь.

– Как выглядит? – задумался Михей. – Да как обычный старик, небольшой, морщинистый, борода седая, кепка…

Когда все разошлись, я сказал пацанам, что ненадолго отлучусь. Подкравшись к корпусу пионервожатых, осторожно заглянул в окно Лениной комнаты, но ее там не было. Я прошелся по территории лагеря, и вдруг увидел Лену на качелях, на спортплощадке.

Лена увидела меня и грустно улыбнулась:

– Володя, а пойдем на речку?

– Прямо сейчас?

– Через полчаса я буду ждать тебя за старым медпунктом. Приходи…

Мне никогда не случалось купаться ночью, и я даже не ожидал, что вода в реке окажется довольно приятная и освежающая.

– Лен, а ты будешь купаться? – тихо позвал я.

Она сидела на берегу, обхватив колени.

– Вова,– тихо позвала девушка,– иди ко мне.

Я вылез из воды и подошел к ней.

– Помнишь, я тебе поцелуй обещала?

Я присел рядом, и  она нежно обняла меня за шею, притянула к себе, и впилась в мои губы. Мое сердце бешено застучало, мы вместе упали на песок и долго целовались. Ее губы были сладкие, как мед. Лена гладила мягкой ладошкой мои волосы, а я осторожно приподнял ее футболку и поцеловал ее в мягкий бархатистый животик, поднимаясь все выше, к белым упругим полушариям.