Тридцать один. Огневик

Зримая визуализация изменилась. Появились заросшие деревьями дебри, тонущие в туманной дымке.

– Я вас оставлю ненадолго, – сообщил главнейший повар и побежал к трону.

Молодой король скучающе осматривал зал. Гости наслаждались семью блюдами и другими изысками меню.

– Позвольте предложить тост за долгое, счастливое правление его высочества принца Джона Третьего! – предложил знакомый голос.

Незаметно подошедший посол Семисвета силился изобразить подходящую случаю светскую любезность.

– За принца! – я стукнул его бокал.

– Не знаете, как дела у глубокоуважаемого архимага? – поинтересовался лже-посол.

Я пожал плечами.

– Трудно сказать, – поддержал предложенную игру Евлампий. – Не имел чести видеть его на приеме.

– Жаль, – отозвался посол Семисвета. – Пойду, поищу. Нам стоит обсудить проблему визуализации. Прошу прощения.

– Поклонись, – прошипел голем. – Надо блюсти этикет на публике.

Я склонил голову. Лже-посол кивнул в ответ и исчез среди гостей. Зато вернулся главнейший повар с обескураженным, застывшим лицом.

– Его высочество ценит ваши старания, – выдал он, усердно подбирая слова, – но не является поклонником Таньшанской кухни!

– Что? – взвыл Оливье. – Как смеет этот мозгляк хаять мой обед?

Я напрягся, но сосредоточился на пузыре. Не хватало еще всем показать неуважение к королевской особе. Покосившись на шар, я вздрогнул. В тумане проплыл пенек, с воткнутым в него топором.

– Вас проводят! – растерянно добавил главнейший повар.

Будто из воздуха возник гладко выбритый дворецкий в синей ливрее.

– Носовский! – дерзко сказал он. – Следуйте за мной.

– Извините, – вмешался голем, – но нам нужен архимаг. Он забыл снять заклятье!

– Пузырь исчезнет через час. Времени хватит, чтобы достигнуть тюрьмы, – вызывающе прогнусавил дворецкий.

– Но… – начал Евлампий.

– Следуйте за мной.

Главнейший повар отошел подальше. Напыщенное лицо из смущенного стало брезгливым.

Я вздохнул. Так хорошо начиналось! Мастер, виртуоз.

Заметив высокомерные взгляды гостей и приближающихся стражников, я двинулся за дворецким.

– Безобразие, – возмущался Евлампий. – У всех равные права.

На выходе из зала нас догнал посол Семисвета.

– Остановитесь, – приказал он.

Дворецкий скривился и неохотно замер, но, увидев, кто к нему обращается, вытянулся по струнке.

– Ждите здесь, я верну мастера Носовского через минуту.