Созерцательная фантастика

Влад пожал плечами, тряхнул головой.

– Задумался, наверное.

Рефракция вчерашнего вечера закатилась за горизонт.

– Пойдем, только чур все двери открываешь ты, а то мы и до вечера не дойдём. Как думаешь, Катя и Артём уже прибыли?

– Однозначно.

– Я тоже так думаю, они пунктуальны, в отличие от нас. Но у меня есть причина. Представляешь, я только в аэропорту свой чемодан клал и забирал с ленты полчаса, пока он не вложился ко мне в руку как надо!

Сай и Влад вошли в разъехавшиеся перед ними двери.

Николай Келечеги и другие первооткрыватели среди первооткрывателей, первые среди первых, встретили их в холле. Как живые, они просто смотрели на вошедших с трёхмерных, в натуральный рост, голографических фотографий.

Влад, как ему показалось, вновь поймал взгляд Келечеги: добрый, открытый, редкий, а за ним простая, искренняя улыбка, будто случайно попавшая на уста и оставшаяся на них.

Четыре года прошло с их встречи. Единственной. Тогда Влад поднялся на третий этаж. Постучался. Ему открыл худой небольшой пожилой человек.

И вместе с тёплым светом, льющимся из квартиры, во Влада проник и Николай Келечеги.

Никогда, это он знал совершенно точно, никогда Влад не забудет того светлого, доброго взгляда, каким Келечеги – девяностолетний мужчина – смотрел на него, угощая чаем на своей кухне.

На смуглых руках выступали крупные вены, левая рука слегка дрожала, а голос был сиплым, но уютным, как крыльцо дачного домика в осенний день.

Келечеги говорил просто. Понятно. Обыкновенными, без нарядных одежд словами.

«Не нужны слова, нужно понимание, – сказал он тогда, – все люди, от самого рождения, соединители».

Келечеги всего лишь раз был в Космосе. Но был первым. И единственным из всех российских отрядов, кто соединился один. Дальше, чтобы избавиться от побочных эффектов бестелесного существования разума, растворённого в эфире, выходили только парами. Благодаря его бесценному опыту русские фамилии соединителей лишь изредка прерывались иностранными.

Николая Акыновича Келечеги больше не было.

Влад узнал об этом, когда вернулся полгода назад на Землю.

Соединители прошли через весь холл, усаженный берёзами под искусственным космосом, нависшим прямо над ними. Около одной из берёз, прислонившись к белому стволу рукой, стоял Иван Ефремов. Он запрокинул голову и смотрел на звёзды. Владу казалось, что он спрашивает: как же так получилось?

Друзья подошли к одной-единственной двери, Влад открыл её, пустил вперёд Сая.