Созерцательная фантастика

Едва ли дорога задержалась у Влада в памяти. Он давно заметил, что изменился. Утратил что-то такое внутри себя, что заставляло раньше останавливаться и всматриваться: в отсыревший скворечник на дереве, в рваное облако на небе, в отражение здания на мокрой поверхности плитки, в старые рельсы. Раньше всё это имело наполнение, обладало почерком, складывалось в историю. Теперь же, оставив прежнюю форму, неизменное наполнение перестало достигать Влада. Будто сменилась частота его чувств.

Влад утратил восприятие красоты земной, человеческой природы.

Он мог её анализировать, делать выводы о том, насколько она сложна, всё ещё чувствовал нежность к ней, но не смог бы вывести разницу между кедром и океаном. Это стало так же бессмысленно, как сравнивать холодное с твёрдым.

Шелест водородного двигателя затих, нива застыла перед входом в Центр.

Никто не встретил Влада, поэтому он ещё несколько минут сидел внутри, не замечая, что прибыл на место. Мысли его были в прошлом вечере. Влад ещё не осознал это, но те несколько часов стали для него той аномалией, которая ещё раз отклонила луч его жизни.

– Эй!

Влад вздрогнул.

«Эй! Постой! Я тут!»

«Привет», – беззвучно сказал Влад.

– Привет!

Дверь в ниву оказалась распахнута, внутрь заглядывал довольный Сай Ю.

Но вот его лицо пропало: дверь закрылась, потом открылась, затем опять закрылась. Лицо Сай Ю, как и всегда, когда он пытался справиться с неконтролируемыми движениями, сильнее и сильнее склонялось к правому плечу.

– Сей-сей-ейчас, подожди, я тут зан-н-н-нят, скоро освобожусь.

Влад широко улыбнулся. Он соскучился по Саю. По своему другу. Отряд разбивают на пары, и он был в паре с Саем. Три года они исследовали Космос, искали образцы, учились доставлять их на Землю. Вначале крохи, но потом большие материалы.

«Мы с тобой как ля минор и си минор с соль мажором и ре минором – просто, но гармонично, и можно повторять до бесконечности», – любил повторять Сай.

– Та-дам! Прошу!

Влад вышел, Сай аккуратно закрыл дверь, приоткрыл, закрыл ещё раз, поморщился, нервно склонил голову набок, открыл дверь вновь и аккуратно, напрягая мышцы, будто тягал стокилограммовую штангу, закрыл.

Наконец звук его удовлетворил настолько, чтобы синдром Туретта отпустил и Сай смог крепко, двумя руками, пожать руку Владу.

– Эти железяки однажды меня доконают, в них совсем нет музыкальности! – бросил он вслед уезжающим в гараж нивам. – Ты что так долго сидел? Я смотрел-смотрел на тебя, а ты не выходишь.