Рассветы Иторы

Первыми подали голос Асатома:

– Мы правильно запомнили из курса метабиологии, что в пределах Войда подобная тварь истлеет без присмотра примерно за сутки?

– Это ещё оптимистично. У неё минимальный собственный запас. Это примитивное, хотя и совершенно неприхотливое существо. Но пустота Войда для него смертельна.

– Тогда вариантов всего два. Или здесь кто-то недавно прошёл до нас, роняя вокруг себя урбилатерии, иди где-то неподалёку у них стационарная стоянка по крайней мере…

– Три месяца. Куда вернее будет оценка в полгода.

Гамайа кивнули, соглашаясь.

– Что мы бы с вами, конечно, тут же почувствовали и без этих… хм, останков.

– Или аппендикулария сюда откуда-то приползла сама. Или её вынесло приливом.

Гамайа в ответ на версию с приливом рефлекторно снова изогнули губы в усмешке, мол, ага, ага, коллега, блесните перед нами своими познаниями, но комментировать ничего не стал:

– Значит, неподалёку что-то есть. Анклав. Оазис. Стационарный участок Вечности посреди Войда.

– Причём мы о существовании таковых ничего не знаем.

– Мало ли что «не знаем». Мы с вами сюда направлены именно в поисках значимых аномалий. Чем вам такое не значимая аномалия?

И тут же подхватились вперёд, высматривая ещё что-нибудь заметное. Асатоме тоже пришлось поспешать следом.

Третью аппендикуларию они встретили буквально сотню шагов спустя, та была живая, во всяком случае распадаться на глазах не спешила, да и, поди, если взять её в руки, ещё вполне может начать отчаянно регенерировать в потоке живого дыхания.

Асатома не стали этого произносить вслух, с Гамайа станется немедленно провести опыт. Пришлось бы признаваться, что брезгуют, потому и из метабиологов подались в своё время, и весь оставшийся путь терпеть встречные насмешки про немедленную отправку в карантин. Спасибо, не надо.

Но Гамайа уже было не до Асатомы, они вновь принялись за свои фокусы. Над физическим планом раскинулась тончайшая кисейная сеть интерферометра, которая, тем не менее, продолжала висеть тусклой и неподвижной.

Метрика пространства здесь была совершенно плоской.

Асатома даже улыбнулись, настолько приятно было следить за недовольным лицом «коллеги». Подобная озадаченность Гамайа была не свойственна, тем любопытнее её наблюдать.

– Однако.

– Чего же вы ожидали, «коллега»?

Даже если бы Асатома захотели съязвить сильнее, вряд ли у них бы получилось. Гамайа же в ответ обернулись и снова растянули губы в улыбке.

– Принимаю ваше тонкое чувство юмора, коллега.