Семь алмазов французского графа

Он научил ее отбрасывать стеснение, игнорировать условности и уметь разжигать страсть до самозабвения!

Но, увы! Срок его пребывания в России катастрофически сокращался, и вот настал день, когда он сказал ей, что завтра уезжает.

Лизонька, находясь в его прощальных объятьях, чувствовала, что Мир рушится у нее под ногами, а он осыпал ее поцелуями, стараясь захватить в уста каждую клеточку тела, кутался в волосы и шептал нежные слова на разных языках.

– Ты любишь меня? – спросила она, отстраняя его голову от своей груди.

– Люблю! – прошептал он, не задержавшись с ответом.

Она счастливо улыбнулась.

– Ну, с этим я могу и умереть счастливой!

И вдруг он приподнял голову и решительно взглянул ей в глаза.

– Я люблю тебя! Но меня связывают определенные обязательства, из-за которых я не только не могу связать свою судьбу с тобой, но и принадлежать самому себе!

– Обстоятельства?

– Да, Лизонька! – и граф завуалировано принялся рассказывать ей о какой-то тайной организации, секретном обществе, в котором он играл чуть ли не заглавную роль, и даже намекнул, что его визит в Россию был связан именно с этим.

Она грустно вздохнула, а потом вдруг счастливо улыбнулась и загадочно на него посмотрела.

– Ты навсегда останешься со мной! Вернее, твоя частичка!

– Интересно, которая? – шутливо спросил ее граф.

– Вот эта! – и Лизонька бережно погладила свой живот.

– Что? – испуганно воскликнул граф.

– Да! – ответила она, и глаза ее заискрились счастьем.

– Но!.. Сен-Жермен впервые растерянно взглянул на свою возлюбленную. – Но ведь ему нужен отец! Иначе… Как он сможет жить в этом обществе?

– У него будет отец! – решительно сказала Лизонька.

– Что?

– У него будет отец. Князь Григорьев Алексей Михайлович. Он ждет не дождется, когда я соглашусь, наконец, выйти за него.

– Но, Лиза…

– Что? Ты хочешь спросить, как я могу пойти на такое? – Могу! – сказала она, не дождавшись ответа. – Ради него я могу пойти на все! – и она снова с любовью погладила свой живот.

– Лиза, Лизонька! Но как же… А если князь не захочет теперь?

– Захочет, потому, что никогда не узнает, что это не его ребенок.

Граф был поражен ее холодной расчетливостью.