Инспектор раёв

Сейчас собралась толпа долбодятлов, готовых убиться, чтобы сегодня всё было как вчера. Буду я тут перед ними распинаться.

– Кто не слышал про предложение Мамонта, копье поднять! – А что? Я Вороном командовал, с людьми справлюсь. – Рядом стоящие, расскажите им.

– Кто хочет воевать, чтобы и наши, и Чужие воины погибли на войне, а женщины и дети от голода? По команде отойдете влево.

– Жертвенец Мамонта, спасибо за краткую речь. – Вождь мягко, но решительно заслонил меня и подтолкнул в толпу.

Я встал – не прошедший инициацию и до сих пор официально изгой – в первый ряд охотников.

– Кто хочет, чтобы племена жили, пойдете направо. – Продолжил Вождь мою речь. – Марш!

Охотники разделились. Желающих войны оказалось всего четверо.

– Воинственные! – Обратился к ним Вождь. – Решайте: исторгаетесь или остаетесь? Если остаетесь, то чтобы без подлянок.

– Остаемся! – Покивав друг другу, крикнули Воинственные.

– Хорошо, – заметил Шаман, – значит, живот еще жив, думать есть чем.

Итак, – объявил Вождь, – отправляем посольство к чужим.

Я стоял, немного потерянный и отсутствующе смотрел на расходящихся воинов. Так бывает, когда есть у тебя большое тяжелое дело, такое, что ничего на свете, кроме него, для тебя нету. Все мысли и чувства и усилия – только о нем. И вот закончил ты его – и нету ни чувств, ни мыслей, ни желаний.

– Пленник! – Как дубиной по душе пронзила мысль.

– Тощий Кабан! Я протолкался к нему через редеющую толпу. – Пойдем со мной за Белым Голубем сходим.

– Что самим идти? Пацанов пошлем.

Один из плюсов многодетности – всегда есть кого послать по мелкому делу.

– Пошли ко мне, пообедаем. – Дружелюбно продолжил он.

Мы подошли через площадь и мимо мужского и женского шатров к куче семейных шатров. Кабан отогнул полог одного из них, мы вошли. Посреди кострище с шаг размером, кучка углей слегка дымится. По стенам сидит, стоит, ползает толпа мал-мала-меньше.

– Старшие дети! – Возгласил Кабан.

Подошли двое пацанов лет двенадцати и девушка лет четырнадцати. Кабан вполголоса давал им инструкции, я осматривался. Я знал их всех, но мельком – общения с Героем нормальные люди избегают. Трое старших взяли мешок с копьями и ножами, вышли из шатра и растворились в лесу.

– К костру! – Скомандовал Кабан.

Жена Тощего Кабана, Сизая Ворона, положила на угли щепок, стала стряпать.

– Ну что, отведаем, чем Божки послали! – Объявил Кабан.