За пригоршню гильз

Но мы подготовились к этой встрече, ведь, как гласит пословица, нельзя пожарить яичницу, не разбив яйца. Или, если говорить о нас: нельзя добраться до сейфа внутри крепости, не вторгнувшись в саму крепость. Которую мы «продезинфицировали» настолько, насколько смогли. И теперь нам требовалось подчистить грязь, что там еще осталась.

Предусмотрительный Голдфиш хранил свой товар в отдельном помещении с толстыми бетонными стенами, поэтому огонь туда не добрался. В остальном здании гореть тоже было особо нечему. И к нашему приезду пожар начал мало-помалу сходить на нет, полыхая лишь отдельными очагами.

Вторгаться на завод было решено со стороны рухнувшей стены. Затем, чтобы не дать стражам тамошних богатств обстреливать нас из приспособленных для обороны укрытий. Все укрытия, которые они могли занять на этом направлении, представляли собой лишь дымящиеся груды обломков. Прятаться за ними было отнюдь не так удобно, как за привычными стенами. И вести по нам огонь приходилось с позиций, подступы к которым не были пристреляны.

Этот фактор морпехи тоже, разумеется, учли. И не собирались давать врагу время на пристрелку, планируя разделаться с ним как можно быстрее.

Самые радужные прогнозы не оправдались – нас все-таки ожидал комитет по встрече. Правда, в него входил не весь здешний гарнизон. И даже не половина, хотя открытая по нам стрельба вынудила меня притормозить, сдать назад и спрятать «Ошкош» за отвалами мусора. Конечно, у него имелась кое-какая бронезащита, но полагаться на нее сегодня я не стал.

Нельзя допустить, чтобы нам прострелили колеса или радиатор, ведь с такими поломками мы не сможем слинять отсюда по-быстрому.

Среди уцелевших хозяев царило смятение, и оно не позволило им дать нам организованный отпор. Чего нельзя сказать о нас. Когда доходило до драки, Рында и Вэй понимали друг друга с полуслова. А иногда вообще без слов. Оба морпеха запросто переходили на язык жестов, если их перекличка грозила привлечь к ним ненужное внимание.

Я в их спецназовских штучках не разбирался, но меня и не заставляли лезть вместе с ними на рожон.

Да я и сам туда не рвался. Мне было велено держаться позади моих опекунов и прикрывать их с тыла. Что в таких боях, как сегодняшний, было относительно безопасно. Потому что когда Остап и Тан планировали нападение, они рассчитывали его так, чтобы не дать врагу контратаковать себя с флангов или сзади.

Хозяева не знали, какие силы атакуют их завод, и побоялись идти в контратаку.