Сорвавшийся с цепи

Я имею в виду – бросали вызов превосходящим и хорошо вооруженным силам противника.

– Ну да, давненько это было, – подтвердил зам. – Мне тогда еще руку прострелили, а тебя гранатой контузило.

– И у меня до сих пор левое ухо слышит только наполовину, – добавил комвзвода. – Так что учти: геройство – это больше не наш метод. Даже за те деньги, которые нам предлагают. Потому что я хочу вложить их в будущее моих детей, а не потратить на собственное лечение…

Глава 6

Похороны Дерюги-младшего стали, наверное, самым ярким и масштабным событием за всю историю Погорельска.

Местное самоуправление, которое давным-давно было куплено Дерюжными с потрохами, объявило день траура. В городе остановились все работы и закрылись все заведения, кроме баров. В последних любой желающий мог выпить за упокой Петьки один бесплатный стакан бухача. Поэтому неудивительно, что к обеду на улицах царило оживление.

Получив неожиданный выходной, Старик тоже решил проветриться, так как не хотел торчать в прокуренном бараке.

Он ненавидел пьяные сборища, но за два месяца обвык на свободе, где быть незаметным удавалось куда проще, чем в тюрьме. К тому же встреча с Крапчатым стала для него уроком, отвадившим его от поисков старых знакомых.

Отпевали Петьку в церкви – кособоком деревянном строении, где вел службы местный поп Ираклий, почти рехнувшийся от алкоголизма. Поговаривали, будто он вовсе и не священник, а обычный проходимец, удравший в Пропащий Край из-за проблем с законом. Но читать нараспев псалмы, подглядывая в Библию, Ираклий умел – пускай и не на церковнославянском, – а большего от него не требовали.

Главное, он не сбивался с текста и держался на ногах, хотя между службами обычно дрыхнул в ризнице пьяный в стельку.

Нынче у Ираклия был звездный час. Ради такого случая он даже протрезвел, а также выстирал и заштопал рясу. А еще братва пригнала ему рабочих, которые выгребли из церкви мусор, оттерли от грязи стены и заколотили дыры в кровле. Гроб для Петьки тоже соорудили достойный.

Не лакированный, но по здешним меркам почти элитный.

Одно плохо – достать живые цветы было негде, ибо такой товар в Пропащий Край не возили. Но и с этим затруднением разобрались. Нашлись умельцы, которые сплели из сухой травы венки, а затем украсили их нарезанными из цветных тряпок лентами. Выглядело дешево, но симпатично. И когда похоронная процессия, выйдя из церкви, зашагала по улице, каждый ее участник нес венок, а то и два.