Повелители торнадо

Туша придавила левую лодыжку Янука, давя и ломая кости. Он упал на бок, осознав, что торнадо кончился. От дикой боли потемнело в глазах. Он уперся здоровой ногой в ещё хрипящего коня и вытянул из-под него изуродованную ногу.

Янук огляделся, вокруг него валялись тела коней, людей и их частей, местами присыпанные песком. Кто-то стонал, кто-то кричал. Он уперся руками в песок и встал на правую ногу, чтобы осмотреться. Их армия была разгромлена. Равнина была вся усеяна телами, где-то кто-то шевелился, кто-то пытался встать.

Нулги шулмуса двигались единым фронтом, добивая уцелевших из армии Маркана, которая перестала существовать за одну минуту. Шаманы оказались беспомощны перед посланником Илрика, повелевающим торнадо.

Сейчас этот повелитель торнадо двигался прямо на Янука черным силуэтом на фоне светящего в лицо солнца. Нулг попытался для устойчивости опустить больную ногу на землю, но острая боль пронзила его, и он снова быстро её поднял. Придётся на одной ноге. Он выставил вперед саблю, даже не задумываясь о сдаче в плен.

Всадник остановился напротив, в недосягаемости от Янука, в его руке тоже была сабля, уже покрытая местами кровью. Шулмус рассматривал упрямца, через поднятое забрало шлема.  Янук встретился взглядом с голубыми глазами девушки, которая легким движением, направила коня вперед. Где он мог видеть это лицо? Его, поднявшаяся было, сабля застыла в то время, как клинок девушки стремительно полетел вперед, чтобы пронзить горло Янука.

– Шарана! -удивленно прохрипел нулг, захлебываясь собственной кровью.

Валиан

По началу всё шло хорошо. Арии ушли и Валиан вздохнул с облегчением. Он понял, как сильно боялся своих незваных союзников. А когда пришло известие о том, что они уничтожены, Валиан почувствовал себя ещё увереннее, властителем Лотгарда. Даже лучше, чем раньше. Он делал всё что хотел и не терпел противоречий. Любой, кто ему не нравился становился просто пищей. Его переполняла эйфория и энергия, он как будто не ходил, а летал.

Валиан не замечал, что он забросил все дела, что занят только убийствами и получением наслаждения от них. Тем временем, всё вокруг разваливалось. Бежать начали не только люди, но и его гвардейцы. Никто не чувствовал себя в безопасности.