Путилин и Петербургский Джек-потрошитель

Она так крепко и цепко впилась в него, что потребовались усилия нескольких полицейских, чтобы оторвать ее от моего друга.

– Ты жив? Не ранен? – подбежал я к нему.

– Кажется, не ранен! – хладнокровно проговорил Путилин.

– Ну и баба! – громко смеялись солдаты и полицейские, обрадованные, что мы живы. – Этакая силища!

Они крепко держали ее за руки. Красавица Аграфена вырывалась из их рук отчаянно. Она волочила за собою то в ту, то в другую сторону четырех здоровых мужчин!

– Ну, здравствуй, Грунечка! – подошел к ней Путилин.

– Постылый! Эх, жаль, сорвалось! – исступленно вырвалось у нее.

Лицо ее было страшно. Красивые глаза ее почти вышли из орбит и метали пламя какого-то животного бешенства.

– Ну, а теперь, господа, скорее, скорее к притону! Оцепите всю местность, да, кстати, подберите этих негодяев. Они, кажется, еще живы! А красавицу мою держите крепче!

Мы, сопровождаемые полицейскими и частью солдат, почти бегом бросились к кабаку-притону «Расставанье».

Он был темен, как могила!

– Где же мои агенты? Неужели негодяи убили их? – тревожно шепнул мне Путилин.

С револьверами в руках мы поднялись на крыльцо трактира. Ни луча света! Ни звука!

– Стойте здесь, молодцы! – приказал Путилин солдатам. – Охраняйте этот выход, а мы пойдем во двор.

Ворота были раскрыты настежь. Виднелись свежие следы полозьев троечных саней.

– Так и есть: они только что удрали на нашей тройке!

Мы принялись осматривать внутренность двора.

– Васюков, Герасимов! – громко кричал Путилин, обегая двор.

– Скорее! Скорее! На помощь! – вдруг раздались крики из темного вертепа.

Блеснул огонек. Он моментально стал разгораться в яркое пламя, и в ту секунду, когда мы ломились в заднюю дверь, чем-то забаррикадированную, в трактире уже бушевало море пламени.

Вдруг со звоном разлетелась оконная рама, и один за другим оттуда выскочили наши агенты.

– Живы? – радостно вырвалось у Путилина.

Агенты были в крови.

– При ваших выстрелах и при вашем приближении негодяи поняли, что все погибло. Часть их успела удрать, а хозяин, быстро потушив лампы, заметался, как угорелый. Мы притаились за столами. Тогда, очевидно, хозяин и еще несколько оставшихся воров выплеснули керосин и зажгли его, чтобы, пользуясь суматохой пожара, спастись бегством.

Внутри домика все трещало.

– Сдавайтесь! – крикнул Путилин.