Боги слепнут

– Тебе так хочется получить власть, Макций Проб? – съязвил Луций Галл.

– Мне хочется сберечь Рим, – сухо отвечал старик.

– Запомни, Макций, что я был против! – И Луций Галл демонстративно вышел из триклиния.

– Кто-нибудь хочет еще высказаться? – Голос старого сенатора был по-прежнему ровен.

– Я за предложение Марка, – сказала Валерия.

– Вы наверняка все удивитесь, но я тоже, – поддержал весталку сенатор Флакк. – Потому что следующим займу пост я. Будем беззастенчивы, раз наступили такие времена.

III

Минерва обнаружила, что не помнит, чему равна скорость света.

Напрасно она хмурила брови, напрасно прикладывала палец ко лбу – цифра вылетела из памяти начисто. Боги на то и боги, чтобы знать все. Нет в Небесном дворце справочников, небожителям они ни к чему. Минерва в отчаянии кусала губы. Как назло, значение скорости света было ей сейчас необходимо. Юпитер требовал расчеты для задуманного предприятия. Что же делать? Спросить у кого-нибудь? Аполлон ответит, конечно, но… Какой позор! Она, богиня мудрости, не знает простейших вещей!

Что-то такое шевельнулось в мозгу… мелькнула цифра…

– Не хочешь с нами пообедать? – спросила Юнона, заглядывая в покои Минервы.

Готовая всплыть в памяти цифра тут же улетучилась.

– Не хочу, – не слишком любезно буркнула Минерва.

– А зря. Говорят, амброзия восстанавливает память, – хихикнула Юнона. – Кстати, ты уже сделала нужные расчеты?

Голова супруги Юпитера была обмотана шелковым платком, из которого во все стороны торчали павлиньи перья.

Последние дни Юнона повсюду появлялась в этом странном головном уборе.

– Скоро будут готовы, – прошипела Минерва.

– Я пришлю тебе амброзии с Ганимедом, – пообещала Юнона, удалясь.

Минерва вздохнула с облегчением и растянулась на ложе, заложив руки за голову. Итак, если представить, что она – это поток фотонов, и тогда скорость света…

– Минерва! – раздался голос Беллоны над самым ухом.

– Ну что еще! – Богиня мудрости вскочила.

Беллона была красной тунике и в доспехах, наряженная, будто преторианский гвардеец.

– Видела Юнону? – смеясь, спросила Беллона.

– Да, только что.

– А знаешь, почему она накрутила этот дурацкий платок на голову?

– Юнона мне этого не сказала.

– Да потому что вместо волос у нее теперь растут павлиньи перья. То есть волосы тоже растут. Но вперемежку с перьями.

Минерва невольно поправила прическу.

– И… давно это?

– Я узнала только сегодня. Надо будет при случае стащить с Юноны платок.