Алая Завеса. Наследие Меркольта

Возможно, зря, потому что Сорвенгер был достаточно силён для того, чтобы подкорректировать свою внешность для меньшей узнаваемости. Но было уже поздно.

Незнакомец, поняв, что никто не собирается атаковать его и дальше, вскочил на ноги и принялся отряхать себя от снега.

– Что? – спросил он. – Кошелёк? Чемодан? Что вам нужно? У меня ничего больше нет!

Юлиан сделал шаг назад.

– Простите, герр, – неуверенно сказал он. – Я перепутал вас кое с кем. Всё, мне пора идти. Простите.

Он собрался развернуться, но рука незнакомца с силой схватила его за воротник.

– Нет, поганец. Никуда ты не пойдёшь! – крикнул он.

Хватка двойника Сорвенгера была довольно крепкой. Юлиан не решился попытаться вырваться из нее. Одно дело – напасть на кого-то врасплох, а другое – вступить в честную схватку с человеком, который лет на тридцать старше и умеет куда большее.

– Говорю же – я ошибся! – возмущённым голосом произнёс Юлиан. – Отпустите меня и мы разойдёмся, как будто ничего не было!

– Надо же, ещё и на сделки идёт! Возмутительно! Я считаю своим долгом незамедлительно доставить вас к вашему шерифу! Такие дела! Преступность! Малолетние преступники!

– Узнаю старый добрый Свайзлаутерн, – едва слышно произнёс Юлиан и наконец сдался.

3 глава. (Не) правдивая история

– Он напал на меня прямо в переулке! – восклицал в полицейском участке человек, подозрительно похожий на Сорвенгера. – Застал врасплох, господин шериф.

Пол Уэствуд Глесон слушал потерпевшего и записывал его замечания, но невооружённым взглядом было заметно, что никакого интереса к этому инспектор не проявляет. Он протирал глаза раз за разом, сопел, но не поднимал головы.

– Смею вас заверить – преступник будет наказан в соответствии с законом, – повторил заученную и сто раз ранее повторяемую фразу инспектор.

– Требую публичного наказания! В назидание другим! Это ж надо какая наглость – напасть на безобидного заезжего! О чём только думает полиция? О чём вы думаете, шериф?

Этот человек однозначно не был Сорвенгером. Якоб – серьёзный, педантичный, не склонный к срывам и уверенный в себе человек даже захотя, не смог бы притвориться тем, что Юлиан видел сейчас.

– Полиция изо всех сил работает над порядком в городе, – сообщил Уэствуд.