Алая Завеса. Наследие Меркольта

Двойник обманул его, и теперь находится вне досягаемости.

Юноша попытался продышаться после пробежки, но невольно обнаружил, что его тошнит. Если его сейчас вырвет – будет очень некстати.

Юлиан нагнулся, пытаясь побороть приступ. Спустя полминуты его наконец-то отпустило. Он выпрямился во весь рост и осмотрел ландшафт вокруг себя. Увы, но он потерял даже теоретические шансы отыскать загадочного двойника.

Новой задачей было найти обратную дорогу до «Грауга», вернуться к друзьям (если они ещё не разошлись) и сообщить им, что всего лишь выходил продышаться.

Неожиданно он увидел тень справа из-за себя. Из закоулка появилась очень знакомая Юлиану фигура. Он не мог сразу вспомнить, кому она принадлежала, но ожидание не было весьма долгим.

Из закоулка появился Якоб Сорвенгер – одетый не так, как обычно: в клетчатое пальто, ботинки с круглым носом и шляпу. Да, стиль он изменил, но внешность оставил прежнюю, поэтому не смог обмануть бдительного Юлиана.

Случайности и обстоятельства бывают поистине поразительными, но встреча в один и тот же вечер, фактически в одном и том же месте со своим же двойником и Сорвенгером была абсолютно уникальной.

Нельзя исключать никаких вариантов – даже самых невероятных, но прежде всего нужно доверять логике. А она давала лишь два ответа – либо во всём виноват «Натаниэль Моррисон», либо Сорвенгер намеренно заманил в ловушку Юлиана, послав к нему какого-то метаморфа или какую-то иллюзию.

Но нельзя было сдаваться, поэтому Юлиан гордо выставил перед собой левую руку и прошептал формулу заклинания на латыни, которое вычитал в каком-то пособии в домашней библиотеке Ривальды Скуэйн.

Заклинание не было смертельным – скорее, оно было и вовсе безобидным. Потому ещё более странным было то, что оно застало врасплох Сорвенгера, и тот не смог его парировать.

Якоб упал на землю, а его огромный дорожный клетчатый чемодан рядом с ним.

Времени было очень мало. Юлиан должен успеть обезоружить Сорвенгера и доставить в полицейский участок.

Подбежав вплотную, заранее повторяя в голове формулу обездвиживающего заклятья, Юлиан нагнулся над Сорвенгером. Но что-то было не так.

Нос поверженного был слегка короче, чем у Сорвенгера, а волосы немного светлее. Щёки были более округлыми, а глаза вместо орлиной хитрости источали боязнь. Человек был очень похож на Сорвенгера, но, однозначно, не был им.

– Не понимаю, – проговорил Юлиан и передумал обездвиживать незнакомца.