Алая Завеса. Наследие Меркольта

Юлиан всё ещё ощущал запах аметистовых стеблей, и это помогало ему хоть как-то абстрагироваться от внешнего мира. Защитный механизм, который он научился использовать.

Он сунул руку в карман с целью вытащить вечно свежий цветок, но попутно ощутил шелест бумаги. Это было письмо Пенелопы. То самое, для прочтения которого он так и не нашёл смелости.

Быть может сейчас, когда терять уж нечего?

Робко раскрыв его, он вытащил оттуда жёлтый кусок богемской бумаги. Оценив глазами размер содержимого, Юлиан понял, что Пенелопа не была многословной.

Он затаил дыхание и принялся читать.

«Юлиану Раньери

От Пенелопы Лютнер

Я ненавижу тебя.

Ненавижу.

Могу повторять эти слова целую вечность, но и это не позволит оценить весь масштаб происходящего в моей душе.

Ты учил меня быть сильной. Учил плевать на чужое мнение. Учил не обращать внимания на созданные кем-то правила и вместо этого создавать свои.

И, в нужный момент, когда всем нам было необходимо единение, ты поступил как трус, подлец и слабак.

Ты не принял во внимание то, что было больно всем нам. Эти месяцы забрали у нас многое, но кому-то что-то дали взамен, а у кого-то они просто оголили истинную сущность.

Ты оказался вторым примером. Человек, которым я восхищалась, попросту не оправдал моих ожиданий.

Я тоже была на той самой крыше. Я тоже видела своими глазами вырванное сердце Ривальды, и, так же, как и ты, я ощущала её боль.

Почему же в отместку за это вырванное сердце ты решил вырвать сердце мне? Не я спровоцировала этот кошмар, но по какой-то причине мне приходится отвечать за него.

Я справилась с этим. Ты – нет.

Поступи же в этот раз как мужчина. Прояви больше мужества, чем изнеженная и глупая девушка, которой ты меня считаешь. Докажи, что в тебе есть стержень, который не ломается. Стержень, который не оплакивает старую жизнь, а создаёт новую.

Всегда останутся те, кому ты не безразличен. Всегда найдётся выход из тупика.

В любой тьме всегда есть луч света. Найди свой, и он выведет тебя наверх.

18.12.2010»

Он слышал её голос в голове, когда читал это. Он ощущал запах аметистов и видел изгибы её губ. И понимал, что она во всём права. Она, семнадцатилетняя девчонка, за несколько строк сказала куда больше, чем мудрый и проверенный жизнью и временем Джампаоло Раньери.