Лилии над озером

Александр, подойдя ко мне, обнял меня за плечи, сказал задумчиво:

–– Просто маленькая колдунья, эта девочка… Пройдет время, и в ее золотистых силках запутается много сердец.

В Изабелле и вправду было что-то языческое: окутанная волосами до пояса, со сверкающими серыми глазами, она как никто вписывалась в легендарную атмосферу этого места. Я была и горда ее красотой, и чуть испугана – не может ли приключиться что-либо дурное от таких танцев? Будто угадав мои мысли, Александр позвал ее:

–– Иди-ка сюда, Бель.

Я расскажу тебе о деве-корригане, у которой волосы такие же, как у тебя.

–– Вот как? А где она живет?

Изабелла спрыгнула с камня, обулась и готова была слушать очередную легенду о волшебных красавицах бретонских лесов. Я была рада, что ее энергия переключена в более тихое русло. Чуть позже мой муж и для Вероники, моей вдумчивой, трепетной девочки, завороженно бродившей меж камней, нашел интересный рассказ. Отыскав среди зарослей засохшую неприметную травинку, протянул ей:

–– Погляди, Вероника, это – растение твоего имени.

–– Моего имени?

–– Ну да. Оно тоже называется вероника. От греческого слова «вера», то есть правдивая, и «ника» – победа. Оно растет по всему миру. По крайней мере, я встречал его даже в Индии, где меня учили разбираться в травах.

–– Как приятно пахнет, – зачарованно сказала Вероника, разглядывая былинку с сухими бледно-сиреневыми, как у вереска, цветами.

–– А как лечит! В старину полагали, что это растение исцеляет множество болезней, излечивает не только желудок и нервы, но даже сердце, раненное любовью.

–– Может, у меня тоже будет способность лечить, папочка?

–– Даже не сомневаюсь. Такая добрая девочка, как ты, сможет врачевать даже души.

Я прислушивалась к этому разговору, и меня переполняла благодарность. Пусть Александр не так часто мог уделять внимание близняшкам, но всякий раз, когда он делал это, он вкладывал в это все умение обращаться с детьми и всю свою душу, так, что Вероника и Изабелла чувствовали себя в его обществе истинными королевами, которых любят, лелеют и высоко ценят.

Как женщина, я понимала, сколь это важно для девочки – получить в детстве такой опыт, знать, что есть отец, который относится к тебе трепетно и по-рыцарски, который всегда защитит. Когда дети, включая Филиппа, перешли к более спокойным забавам и стали играть в прятки среди камней, я приблизилась к Александру и, ласково взяв его под руку, коснулась лбом его плеча:

–– Спасибо. Спасибо вам за это.