Под опекой

Он говорит таким тоном, будто это она опоздала, но он прощает. – Уже перекусила?

– Горячий шоколад выпила, а блины и салат все никак не принесут, – Таня прячет тетрадку в школьный рюкзак.

– Чем ты занималась?

– Делала уроки, – отвечает девочка. Она не лгунья, по крайней мере, себя она таковой не считает. Но эта тетрадь – единственная вещь, которую она прячет даже от своего опекуна. И все равно по ее спине пробегает маленькая капелька пота. Вероятно, она все-таки боится своей тайны. Или это оттого, что она выпила стакан горячего шоколада в такую жару.

– Как дела в школе? – продолжает Владимир.

– Нормально, как всегда, – пожимает плечами его подопечная, играя замкнутого подростка, и оглядывается по сторонам. Герой ее романа точно не явится, его место занято «добрым дядюшкой».

– Ничего, скоро поедем отдыхать, – утешает ее Широков. Он убежден, что Крапивина ненавидит школьные занятия. – Смотри лучше, что я подыскал для тебя, – Владимир распахивает цветастый фирменный пакет и разворачивает перед ней алый перепутанный лоскут.

– Купальник? – удивленно смотрит девочка. Она сама бы никогда не выбрала такой яркий смелый цвет и фасон. Этот купальник слишком взрослый для нее. – Ты выбрал его без меня?

– Я увидел его в интернет-магазине. Тут не в чем было сомневаться. Он идеально тебе подходит, – улыбался Владимир.

– Я хотела сама выбрать, – пробурчала девочка.

– Когда – нам скоро ехать.

– Не так уж скоро, – тихо поспорила Таня. – К тому же я думала взять синий.

– Он бы плохо смотрелся, – покачал головой Широков. – У тебя бледная кожа. В синем ты была бы похожа на утопленницу, – он проговорил это достаточно громко, чтобы было слышно за соседним столиком.

– Я представляла себя русалочкой.

– Ну, я же говорю – утопленница.

Тане ничего не осталось, как с покорной благодарностью принять внезапный подарок. Сплошной купальник цвета спасательного круга Малибу с завязкой на шее лежал у нее на коленях. Может, и правда, алый ей подходит больше, к тому же он заметней.

Крапивина еще смутно представляла, чьего внимания хочет добиться. Да к тому же нельзя забывать и о чувствах Широкова. Он так старается ее порадовать. В минуты внутреннего несогласия с Владимиром Таня представляла себе мир без него. Кому бы она тогда была нужна? Кафе, тетрадки, каникулы – всего бы этого не было. Пугливому воображению девочки рисовались казенные комнаты и коридоры.