Майская свадьба

Принц резко поднялся, с грохотом отодвинув стул. Я заметила, что он избегает моего взгляда.

–– Охотно верю, Сюзанна. И сам охотно поглядел бы на этого малыша. Но не сейчас.

–– Не сейчас? Что это значит?

Принц отошел к окну, заложил руки за спину.

–– Это значит, что пока не время. Сейчас нужно думать о вашем браке. Малыш подождет. Мне не нужны бесконечные сплетни при дворе. В свое время одно ваше удочерение наделало много шуму и стоило мне множества усилий, а вы удвоили этот шум своим поведением.

Так вот, я хочу, чтобы шум унялся. Пусть общество переключится на другие предметы обсуждения.

Обернувшись ко мне, он уже мягче добавил:

–– Но это не значит, что ребенок останется на Мартинике навсегда. Разве вы не знаете аристократических обычаев? Считайте, что вы отдали сына кормилице. Так всегда делают. Когда ребенку исполняется семь или восемь лет, он возвращается к родителям. Я сам так вырос.

–– Но я не могу жить без него семь или восемь лет!..

–– Это в вас говорит ваша итальянская кровь.

Если вы прислушаетесь к своей французской сущности, вспомните о своем аристократическом благородстве, вы поймете, что я абсолютно прав.

Я в ярости ударила кулаком по постели. Черт возьми, он хочет, чтобы я вспомнила о своей французской сущности? О каком-то там чертовом благородстве? Но о чем бы я ни вспоминала, в сердце были только жгучая боль от расставания с Жанно и ненависть к этому могущественному человеку! Чтоб он пропал! Какое право принц имеет вставать между мной и сыном? Ребенка разлучают с матерью только на невольничьих рынках.

А до обычаев аристократов в этих вопросах мне нет дела!

–– Я никуда не поеду без ребенка! И не позволю везти меня во Францию, как пленницу.

Холодно взглянув на меня, принц направился к двери.

–– Боюсь, вам не приходится выбирать. Вы уже на корабле. Что касается пленницы, то вы перестанете ею быть, когда станете носить фамилию мужа. Пусть хоть это поощрит вас к предстоящему браку. Я ничего не желаю так, как устройства вашей судьбы.

Быть вашим отцом, мадемуазель, оказалось крайне хлопотным делом.

Он вышел. Поистине, этот невозмутимый, холодный, бесчувственный человек вызывал ужас… он так хладнокровно собирался причинить мне огромное горе! Я в ярости швырнула подушку ему вслед, потом рывком села, спустив ноги с кровати. Корабль еще не ушел. Отец говорил, что отплытие только через два часа. Надо хотя бы найти Маргариту или Кантэна. Они должны помочь мне.